— Он пропустил несколько страниц и перешёл к повествованию Пипса о следующих часах пожара:

Я спустился к реке и нанял лодку… Огнедышащий жар обжигал лицо, против ветра невозможно было смотреть… Пламя пожирало церкви и дома, всё было в огне, отовсюду слышался его жуткий рёв и грохот рушащихся зданий.

Дальше шло свидетельство из дневника какого-то Джона Ивлина, который наблюдал пожар с южного берега Темзы.

О жалкое и бедственное зрелище!.. Грохот разрушений, треск беснующегося пламени, крики женщин и детей… Как ужасен был этот огненный шторм!

С балкона напротив донёсся голос Гвен:

— Почему вдруг французы? — удивился Джек.

— Огненные шары?.. — задумчиво произнёс Джек. — Я тоже их видел в том стекле, но никто их не бросал. Они были какие-то странные… будто магические.

Гвен снова нахмурилась:

— Джек, видение из стекла было…

— Путаницей и хаосом, слышал уже, — перебив её, вздохнул он. — Только я всё это видел: как взрывались камни, как огненные шары прожигали кирпичные стены, а пламя поднималось до небес. Это не люди сделали, Гвен. Огонь подпитывала какая-то мощная сила.

Он встретил испуганный взгляд девочки и понял, что она наконец догадалась.

— Искра, — произнесли оба одновременно.

Гвен облокотилась на позеленевшие медные перила и посмотрела вдаль.

— Если Искра сожгла целый город, то зачем могла понадобиться Часовщику теперь, по прошествии стольких лет?

Гвен вышла на западный балкон, где висели свидетельства о последнем дне пожара.

— Что мог видеть Пипс, но не записать? — размышляла она. — Как загорелась пекарня? Нет, в тех краях он не появлялся. Тем не менее что-то важное он заметил — так утверждает Фарринер. Если не начало пожара…

— Значит, конец, — кивнул Джек, присоединяясь к чтению.

Три с половиной века назад Сэмюэл Пипс стоял на этом же месте. Он писал:

С вершины Баркингской башни открывалась самая удручающая картина, какую мне только доводилось видеть… Море огня раскинулось во все стороны, насколько хватает глаз.

— Это последняя доска, а пожар ещё буйствует, — заметил Джек, поднимая взгляд на золотое пламя Монумента в полумиле к западу. — Если верить Пипсу, огонь не унимался и двигался на восток против ветра, охватывая весь город.

Гвен изучала следующую колонку текста.

— Хм… но послушай, что видел Ивлин несколько часов спустя:

Однако, против всех ожиданий, в четыре или пять часов пополудни среды ветер по воле Божьей утих, и в тот же миг начал стихать пожар.

Джек наклонился к доске и принялся читать сам. Действительно, «в тот же миг». Рядом была цитата из дневника Пипса, где настроение также чудесным образом переменилось.

Здесь я встретил мистера Янга и мистера Уистлера и в ходе беседы преисполнился благих надежд, что пожар наконец близится к концу.