Она мать моих братьев и сестер. Она уже много лет часть нашей семьи. Все совершают ошибки. Вот только не каждый готов их признать. А родным в таком случае приходится мириться с неизбежным и не принимать радикальных мер. Ведь ничего не исправить. Некоторые поступки необратимы.

— Отпустите мою руку, милорд. Я не намерена отвечать на ваш вопрос.

— Собралась уйти? — с усмешкой поинтересовался Агфар, явно намекая на мои же заверения, что покину эту комнату лишь в том случае, когда он выпроводит меня сам.

Граф разжал пальцы. Я отпрянула, поднялась. Быстро расправила складки платья, мысленно взывая к спокойствию.

Прибегать сюда было опрометчиво. Агфар не нуждался во мне, ведь раньше справлялся как-то с приступами сам. Я все выдумала. Убедила саму себя, что без моей помощи мужчина переступит грань жизни, и потому отчаянно желала помочь.

Подавив негодование, уже собралась ответить, как вдруг сзади ко мне подлетело кресло. Толчок в ноги — и я упала в него. Сжалась от неожиданности, наблюдая, как обычно неподвижный предмет мебели опускается на пол прямо перед кроватью графа.

— Ты хотела ответов. Что ж, поговорим.

— Ответы… — поджал губы Агфар и поправил одеяло.

— Как ты уже выяснила, я намерен разорвать созданную между нами связь. Ни больше, ни меньше. Лисая, а как ты оказалась в моей спальне?

Я словно села в лужу. Неожиданный вопрос ввел в такое замешательство, что первые пару секунд сидела и то открывала, то закрывала рот. Верно он подметил. Что забыла юная девушка ночью в покоях взрослого мужчины? Ох, какой стыд!

— Почувствовала холод, — произнесла я упрямо, мысленно отругав себя за минутную слабость. Меня не в чем упрекнуть. Пришла на выручку, к тому же в весьма приличном виде.

Не в ночной ведь рубашке, в самом-то деле!

— И решила согреться возле меня?

— Вы осуждаете за то, что помогла вам?! — вспылила я. Поразительно, как он вывернул правду! Такое ощущение, что граф все обесценивал: любой поступок, каждое слово.

— Я справился бы без твоей… — начал он резко, но замолчал.

Всмотрелся в меня. Долго ничего не говорил, как вдруг протянул распахнутую ладонь, призывая вложить в нее мою. Я отпрянула. Что за странные порывы? Но едва вновь взглянула в темные из-за плохого освещения глаза, как пальцы сами скользнули по его руке, а он сжал их.

— Там был особенный холод?

— Да, — с опаской произнесла, ощущая тепло, исходящее от графа.

Все неправильно! Приличной девушке нельзя находиться в покоях мужчины после заката, сидеть возле его кровати и… держать за руку. Но если быть честной с самой собой, то мне нравилось. Наверное, прикажи Агфар уйти, я не смогла бы. Ведь было так напряженно-приятно, волнительно, интригующе, что захватывало дух от одного понимания, рядом с кем все это происходило. Казалось, я вкусила запретный плод.