Мы согласились помочь Руби, Гвен и Винни на осеннем фестивале по очереди продавать выпечку. Это происходит все выходные, и Белоснежка ждала этого месяцами. Она начала помогать в пекарне сразу после нашего спаривания, обосновав это тем, что она хочет выйти в город и стать частью нашей стаи. Я понимал, что это пойдет на пользу нам двоим, поэтому не спеша влился в роль заместителя городского шерифа. Я также помогал своей любимой в пекарне и присматривал за детенышами нашей стаи.

Белоснежка уже была на пятом месяце беременности нашим вторым ребенком, и ее этот вид заводил меня еще больше. У нас уже есть славная дочка, и она думает, что в этот раз будет мальчик. Также как и тогда. Мне все равно, какого пола наши дети, лишь бы они были все здоровыми и счастливыми, как моя пара. Малышка Белоснежка осталась сегодня дома со своей тетей Винни и дядей Стоуном, потому мы наслаждаемся этим временем вместе. Хотя мне бы хотелось провести его в постели, а не здесь, но нахождение в городе делает Белоснежку счастливой, потому я делаю, так как хочет она.

- Привет, красавица. У тебя есть на этой витрине что-то сладенькое?

Я слышу мужской голос и отрываю взгляд от попки Белоснежки, чтобы выглянуть из-за нее и увидеть человека, стоящего перед ней. Если бы он был оборотнем, то ощутил мой запах на ней за милю отсюда, и понимал, что стоит держаться подальше.

Медленно и с максимальной сдержанностью я встаю позади моей жены. Я возвышаюсь и возвышаюсь над ее головой, чтобы увидеть смельчака.

- Что ты только что вякнул? - спрашиваю я сквозь стиснутые зубы.

Я слышу, как Белоснежка пытается не смеяться, не думаю, что это смешно.

- Я, ммм, я был, ммм, - он пытается что-то сказать, но ничто вразумительное не слетает с его губ.

- За все два доллара, и все вырученные деньги идут на строительство детской площадки на главной улице, - говорит Белоснежка, пытаясь сгладить ситуацию.

       Я нависаю над ней, глядя на этого человека, осмеливаясь сделать шаг. Я бы вырвал его горло посреди этой улицы, чтобы показать свое господство всем, кто подумает подойти к моей паре.

Медленно он вытаскивает свой кошелек и достает двадцатидолларовую купюру, кладет ее на стол и отступает. Он не говорит ни слова, когда делает несколько шагов назад и сливается с толпой, при этом, не поворачиваясь ко мне спиной.

Белоснежка оборачивается ко мне, положив руки на бедра, и приподнимает бровь. Я просто пожимаю плечами и сажусь, даже не удосужившись извиниться.

       Она просто раздраженно вздыхает, но я вижу, как моя девочка улыбается, когда поворачивается обратно к столу. Это нормально для меня, потому что я снова могу смотреть на ее попку.

- Ну, по крайней мере, это было очень хорошее пожертвование, - говорит она, забирая двадцатку, и кладет ее в банку.