– Звучит очень по-старинному. Роджер, это ведь одно из твоих имен, да?

– А еще можно сократить его и называть ребенка просто Джемми. Или будет слишком похоже на Джейми?

У Роджера по спине пробежал озноб, потому что он вспомнил другого маленького Джемми… Он дождался, когда Брианна отдаст сына Лиззи и отвлечется на поиски чистых пеленок. Тронув коня пятками, он подъехал к Клэр и, понизив голос, спросил:

– Помните, как при нашей первой встрече в Ивернессе вы с Брианной изучали мое генеалогическое древо?

– Вы, может быть, тогда не заметили… – Роджер запнулся. – Вы показывали одну ветвь, где произошла подмена. Где вместо погибшего ребенка усыновили сына Гейлис Дункан от Дугала Маккензи и назвали его тем же именем.

– Вильям Баклей Маккензи, – тут же сказала она и криво усмехнулась, заметив его удивление. – Я это генеалогическое древо изучила вдоль и поперек. Помню каждую строчку.

– Правда? Тогда, может, вы знаете имя его жены – моей шесть раз прабабушки? Его на древе не было.

Опустив ресницы, Клэр задумалась.

– Да, – сказала она наконец. – Мораг. Ее звали Мораг Ганн. А что?

Роджер лишь покачал головой – от волнения перехватило дух.

Он посмотрел на Брианну. Полуголый малыш лежал у нее на коленях, рядом на сиденье валялась грязная пеленка – и в памяти опять всплыл другой ребенок в насквозь отсыревшей одежде.

– Их сына звали Джеремая, – чуть слышно пробормотал он.

Клэр с любопытством уставилась на него, потом повернула голову, глядя на извилистую дорогу, терявшуюся за высокими соснами.

– Я спрашивала ее, – сказала она вдруг. – Почему мы можем проходить сквозь камни.

– И что она ответила?

Роджер смотрел на шрам от пореза на своем запястье.

– Чтобы изменить ход вещей, – усмехнулась Клэр. – И я не знаю, так ли оно на самом деле.

Последний раз на Сборе я была почти тридцать лет назад – в Леохе, на присяге клана Маккензи. Теперь Колум Маккензи был мертв, его брат Дугал – тоже, а с ними и остальные кланы; замок лежал в руинах и Сбор в Шотландии больше не проводился.

А здесь сплошь пестрели пледы, и завывали волынки, и горделивые шотландцы расхаживали по этим горам собственной персоной, как некогда у себя дома. Макнейлы и Кэмпбеллы, Бэкхены и Линдсеи, Маклауды и Макдональды вместе со своими семьями, рабами и слугами.

Я всматривалась в суматоху спешно разбиваемых лагерей, выглядывая Джейми, и вдруг заметила в толпе знакомый силуэт. Я встала на цыпочки и замахала рукой.

– Майерс! Мистер Майерс!

Джон Квинси Майерс заметил меня и, просияв, подошел к нашей палатке.

– Миссис Клэр! – Он сдернул с головы видавшую виды шляпу и с обычной учтивостью приложился к моей руке. – Как же приятно вас видеть!

– Взаимно, – улыбнулась я. – Не ожидала, что вы здесь будете.