– У тебя глубокий хронический абсцесс. – Я с силой надавила на распухшую плоть, пружинившую от залежей гноя. Корочка на ране треснула, и из-под нее потекла мерзкая серо-зеленая жижа.

Под слоем загара Роджер побледнел и крепче вцепился в деревянную раму кровати.

– Однако тебе повезло. – Я покрутила стопу, ощупывая крошечные суставы плюсневых костей. – При ходьбе абсцесс то и дело вскрывался, и гной вытекал. Поэтому инфекция не распространялась дальше, так что ногу ты не потеряешь.

– Вот и чудесно, – сдавленно пробормотал он.

– Бри, мне нужна помощь, – словно между делом позвала я. Та с ребенком на коленях сидела в дальнем углу за прялкой.

– Давайте я, – услужливо подскочила Лиззи.

Девочка сознала, что своими испытаниями Роджер обязан в первую очередь ей, и всячески старалась загладить вину, при любом удобном случае предлагая ему помощь, подсовывая разные лакомства… и доводя его до белого каления своим несчастным видом побитой собаки.

– Да, конечно, – улыбнулась я. – Пожалуйста, возьми малыша у Брианны, прогуляйтесь немного. Ему не помешает свежий воздух.

У Лиззи вытянулось лицо, но она послушно забрала ребенка и исчезла за дверью. Брианна подошла ко мне, всячески стараясь не глядеть на Роджера.

– Придется вскрыть рану и очистить ее от гноя. По возможности удалить некротические ткани, хорошенько продезинфицировать… Будем надеяться на лучшее.

– Эй, а что значит «удалить»? – встревожился Роджер.

– Это значит, убрать все омертвевшие мышцы хирургическим или консервативным методом. К счастью, до костей инфекция вроде бы не добралась, разве что хрящ между плюсневыми костями слегка поврежден… Не переживай, – похлопала я по ноге. – Это небольно.

– Угу. Вот промывать и дезинфицировать – другое дело. Бри, подержи его, пожалуйста.

Она, почти не мешкая, подошла к изголовью и взяла Роджера за руки. Впервые за последний год они коснулись друг друга.

– Только крепко, – предупредила я. – Сейчас будет самое неприятное.

Не глядя на них, я вскрыла полузажившую рану скальпелем и принялась выдавливать гной. Роджер заметно напрягся – процедура была весьма болезненной, – но не проронил ни слова.

– Может, закусишь кожаный ремень? – спросила я, раскупоривая бутылку с разбавленным спиртом. – Сейчас будет зверски щипать.

Вместо него ответила Брианна:

– Все нормально. Давай.

Когда я плеснула на рану, он сдавленно замычал и невольно перекатился на бок, пытаясь отдернуть ногу. Я удержала его и торопливо завершила эту часть работы. Поставив опустевшую бутыль на стол, я подняла голову. Брианна сидела на кровати, обхватывая Роджера за плечи, а он обнимал ее за талию, уткнувшись лицом в колени. Белая как простынь, Брианна через силу улыбнулась мне.

– Да, самое страшное позади, – успокоила я.