— Константин Кириллович, анекдот помните про рыбака и червячка?

— Не вполне. Напомни.

— Простой. Рыболов насаживает червячка на крючок, забрасывает удочку.

Поплавок дергается, рыбак подсекает; вверх по леске лезет червяк, смотрит на рыболова дикими глазами и крутит пальцем у виска: «Ты что, дурак, что ли? Меня ж там чуть не съели!»

— Ну и к чему ты это?

— Я был нужен для «дезинформации противника»?

— Что ты имеешь в виду?

— Вы подставили меня людям этого самого Замка, чтобы развязать себе руки для «Большой Игры»?

Кришна смеется. Искренне. Совершенно искренне. В этом я не ошибаюсь.

— Ну, брат мой… У меня просто камень с души слетел. А то я думаю, чего-то Дорохов такой насупленный — чистый бык перед корридой!

— Нет. Тебя действительно похитили.

— Зачем? Ведь ни о каких деньгах я действительно понятия не имею.

— А вот об этом у нас будет серьезный разговор. И — долгий. О прошлом.

— Хм… Мне и в настоящем не скучно.

— Знаешь, как люди говорят? «Наше прошлое — ваше будущее».

— Ты знаешь, кем был твой отец?

— Директором. То ли завода, то ли объединения… Какая-то оборонка.

— Он был финансистом. Банкиром.

Если бы Лена Одинцова оказалась сейчас рядом, то наверняка бы отметила, что я снова похож на некоего зверя, наверное на крота, вылезшего на поверхность, в одночасье прозревшего, и первое, что увидевшего, — поле одуванчиков…

— Но он всегда был управленцем.

— Это так. Прекрасным управленцем. Но в свое время — еще в году пятьдесят третьем — пятьдесят четвертом — он закончил университетский курс. Причем махом, экстерном сдав с отличием все экзамены. Тогда экстернат не только разрешался — поощрялся. Тот, кто его обучал и готовил, был, без сомнения, не только финансовый гений, но и прекрасный педагог: умение рассказать просто о сложных вещах не всем дано.

— У отца этого умения уже не было.

— У него было другое — умение координировать.

— И что же он координировал?

— Инвестиции. В западные компании. Скупку пакетов акций. Долевое участие через банки-поплавки в крупнейших банковских клубах. Аккумулирование свободных денежных средств.

Слушаю молча. Вообще-то для меня это как гром среди ясного… В хорошем смысле этого слова… Ну, папа, дал! И ведь — ни слова, ни полслова… Хотя это на него похоже…

— И кто теперь распоряжается всем добром?

— Если сумма, которую вы назвали, верна…

— Сергей… Над размещением капиталов трудился целый коллектив. «Втемную».

Так же привлекались и западные корпорации или банки. Сам понимаешь, прохождение и одной-то суммы отследить невозможно, вернее — крайне, невероятно сложно… А если таких операций были сотни, а фирм или банков-посредников — тысячи?..

— Вы принимали в этом участие?

— Только в перемещении незначительных сумм, в основном финансового капитала.