Благодаря его своевременному появлению Полина смогла вырваться от князя и, ничего не объясняя хозяину дома, быстро пересекла гостиную и исчезла за дверью. Видя ее поспешное бегство, князь Иван выразительно приподнял брови и посмотрел на князя.

— Опять взялись за ваши привычные фокусы, Алексис? — осведомился он.

— Она очаровательна! Просто диво, как мила! — отозвался князь. — Она — сама невинность. До чего же интересно будет разбудить в ней страсть!

Князь Иван помолчал немного, прежде чем сказать:

— Его Величество не желает, чтобы в настоящий момент начались какие-нибудь трения с англичанами.

Именно поэтому все так носятся с лордом Чарноком. Не стоит забывать, что эта юная англичанка его протеже.

— С чего вы взяли? Они лишь приплыли на одном судне! — возразил князь Алексис. — И потом, Наталья не оставит ему времени думать о какой-то другой женщине — он будет занят ею одной!

— Уверен, что тут вы правы, — согласился князь Иван. — Но в то же время англичане всегда помогают друг другу. Если девица устроит шум, то Его Величество будет очень недоволен.

Князь Алексис выразительно махнул рукой.

— Еще не бывало такого, чтобы женщины устраивали шум — если не считать того момента, когда я их бросаю…

Князь Иван рассмеялся.

— Ваша самоуверенность, Алексис, просто безгранична. Но должен признать, что у вас есть для этого достаточно веские основания.

— Предоставьте все мне, в том числе и очаровательную Полину, — сказал князь Алексис.

Оказавшись в безопасности собственной спальни, Полина снова подумала о том, насколько прав был лорд Чарнок, предупреждая ее, чтобы она никогда не оставалась наедине с русским мужчиной.

Она дала себе слово, что, когда в следующий раз княгиня куда-нибудь уедет, она не станет оставаться в одной из гостиных, а запрется у себя в комнате.

Сейчас она была страшно напугана, и ей очень не хватало присутствия лорда Чарнока и его спокойного голоса, при звуке которого она сразу же начинала чувствовать себя увереннее. Но тут она вспомнила, насколько он был поглощен графиней Оболенской, и печально подумала, что ему сейчас не до нее и ее неприятностей. При этой мысли она окончательно сникла. Тем не менее, Полина не могла не вспоминать о лорде Чарноке и не тосковать по нему.

Он был так добр к ней во время путешествия в Россию, что ей вдруг захотелось, чтобы их плавание вообще никогда не заканчивалось — чтобы благодаря какому-нибудь волшебству они уплыли бы вдаль, за грань реальности, в мир грез и фантазий.

События развивались настолько неожиданно, что, оказавшись на следующий день за городом, Полина все никак не могла прийти в себя. Они отъехали довольно далеко от Санкт-Петербурга и остановились в великолепном дворце.