Я не ем клубнику упаковками, а ем кусочек хлеба на обед и позволяю себе гамбургер на ужин. Я не пью сок из любых фруктов, я пью минеральную воду. И черт! Это мне нравится намного больше! Именно это для меня свобода!  Здесь меня не унижают. А наоборот. Уважают. Мне пришлось много соврать людям, которые дали мне укрытие. Я просто потеряла совесть. Но я вынуждена! Даже если меня найдут, я больше всего боюсь за них! Боюсь, что муж их накажет. Я многих подставила…

– Это последняя грязная посуда. Моем, а потом отдыхать, – говорит моя помощница на кухне.

Я лишь киваю.  Если бы не моя усталость и сонливость, я бы до самого утра работала, лишь бы воспоминания не всплывали в голове. Но они не дают мне покоя. Перед глазами то и дело прокручиваются картинки из прошлого, заставляют дрожать от накатившего страха.  Ноги меня не слушаются. Я действительно вымоталась. В моем положении стоять весь день на ногах опасно и в то же время трудно. Еле передвигаю ноги. Но я выдержу. Я сильная! Это же цветочки по сравнению с тем, что я пережила за последние годы.

– Конечно. Сейчас же справлюсь, – несмело улыбаюсь, кивая несколько раз.

Они меня не узнали. Не узнали жену крупного бизнесмена и бывшую модель. «Модель с кукольным личиком», – когда-то меня называли именно так. В те времена я даже в страшном сне не могла представить, какие препятствия, какие потери меня ждут. Не могла даже подумать, что моя жизнь перевернется с ног на голову. Что я сломаюсь. Унижусь. И вот так буду бегать от тиранов, которые превратили меня из наивной девочки в женщину с мертвыми стеклянными глазами.  Мне пришлось много постараться: перекрасить волосы из черных, как смоль, в светло-русый цвет, спрятать свои родинки на лице, которые сразу выдают меня, за тональным кремом, носить очки и бандану. А также одеваться в свободные джинсы с мужской футболкой.

– Ну ты подумай, Джейн, – обращается ко мне жена владельца кафе. Я даже насчет имени своего соврала. – Поехали к нам. Там намного комфортнее. Как найдешь себе место проживания, мы отпустим тебя.

Не понимает она. Не видит страх в моих глазах, который растекается по всему телу.  Рвет меня на части, при этом пронзая острыми иглами. Не знает она, что ее ждет, если вдруг я попадусь в ловушку мужа, которую он наверняка уже спланировал для меня. Нет, она ничего не понимает, не видит, не чувствует. Наивный человек. Такой же, какой  была я много лет назад.

– Нет, нет! – активно мотая головой, прячу взгляд. – Я уже… Я… Определилась! Скоро уйду отсюда. Дайте мне пару дней, пожалуйста.

Умоляюще смотрю в глаза женщины и, заметив там сочувствие, жалость, просто отворачиваюсь. Шумно вздохнув, она выходит из кухни, где накопилась гора грязной посуды.

Уходят все, оставляя меня наедине со своими страхами. Тревогами и… Воспоминаниями.