Я лишь молча кивнул в ответ.

― Больше он ничего не говорил?

― Только это, ― ответил я.

О том, что погибший главарь мародеров предупреждал меня не доверять Джино, я промолчал. Потому как, откровенно говоря, я не отнесся к этим словам серьезно. А вот по поводу угрозы…

― Бред умирающего, ― непринужденно отмахнулся старик. ― Захотел напоследок нагадить.

― А если все-таки предположить, что его разведчики натолкнулись на что-то еще? Или кого-то?

― Я так понимаю, у вас есть какие-то догадки? ― с уже большим вниманием спросил Джино.

Я тяжело вздохнул и задумчиво проговорил:

― Об этом еще рано говорить.

Дождемся моего зверя. Надеюсь, его охота будет удачной.

В том, что Обжора притащит мне наблюдателя бандитов, я не сомневался. Просто мне было необходимо сперва поделиться своими соображениями с друзьями, а уж потом сообщать что-то нашим союзникам.

После короткого разговора с Ми, мы пришли к выводу, что мои предположения скорее всего верны. Оставалось дождаться харна.

Спустя час, когда все трофеи были собраны, а не сбежавшие лошади пойманы, мы двинулись дальше. Теперь, не считая тех лошадей, которые у нас уже были наш табун увеличился на одиннадцать голов.

Что же касается отряда Шершня… Из атаковавших нас двух десятков бойцов, уйти удалось только двоим. Наблюдателя я не считаю. Его судьба предрешена. Обжора его не упустит.

Должен заметить, после боя я то и дело ловил на себе задумчивые взгляды, как Джино, так и его фамильяров. Мои «ледяные стрелы» и уж тем более та «меткость», с которой я их метал, ни Джино, ни Клыка, мягко говоря, не особо впечатлили. Чего не скажешь о «таране» и «молнии». Действия этих заклинаний моих союзников буквально шокировали.

В их взглядах читалось явное понимание того, что без моей магии и без моего питомца ― победы не было бы.

Добравшись до зауженной части русла и обогнув мыс, мы выехали прямо к пустому лагерю погибших мародеров. Если до этого момента в глубине души у меня еще были сомнения из-за причастности к гибели почти двух десятков людей, то после увиденного в лагере, всякие сомнения отпали.

Шершень и его свора получили по заслугам. Судя по количеству саней и повозок, подонки успели ограбить и убить несколько десятков беженцев. Это их кровь учуял Обжора.

Мы молча ходили среди палаток и саней, тут и там замечая характерные бурые пятна на снегу. Но трупов нигде не было видно.

― Сюда! ― взволнованный крик Мидори донёсся не из лагеря, а со стороны реки.

Спустя несколько мгновений мы уже стояли рядом с дриадой, которая замерла почти на середине реки у довольно широкой полыньи. К слову, от полыньи к лагерю вела хорошо протоптанная в снегу «красная» тропинка. Судя по характерным следам волочения, люди Шершня сбрасывали трупы своих жертв именно сюда.