Еще несколько минут назад все эти люди веселились и радовались тому, что океан пощадил их. Они, рискуя жизнью, оставив свои семьи, повинуясь приказу своего правителя, отправились в опасное путешествие в разгар сезона штормов и выжили!

Мой блуждающий взгляд остановился на щуплой фигуре Тимми, семнадцатилетнем пареньке, проплававшем четыре года на «Акуле» юнгой и готовившемся в следующем году перейти в матросы. Он больше всех помогал мне в этом плавание. Рассказывал занимательные истории об океане.

Парень лежал безжизненной куклой лицом вниз, беспомощно раскинув худые руки в стороны.

Вокруг его головы расплывалось кроваво-бурое пятно. Я вздрогнул, вспомнив рассказы юнги о младшей сестренке, которая ждала его с нетерпением из каждого плавания. Он всегда привозил ей разные диковинные вещицы из дальних стран. В этот раз он планировал привезти ей ракушку с берегов самого Темного континента. Парень мечтательно закатывал глаза, когда представлял, как будет скакать от радости его Лина и как потом она будет взахлеб описывать ошарашенные физиономии ее друзей.

Я с мучительной отчетливостью осознал страшную истину ― Тимми не вернется домой к своей маленькой сестренке, не подарит ей ракушку, не прижмет к своей груди.

Пока Роб и Арт деловито загружали пузатую шлюпку мешками с продовольствием, Такеда спустился в трюм. Он отсутствовал несколько минут, а когда вернулся, резко скомандовал:

Арт и Роб сидели на веслах, а Такеда стоял за их спинами и всматривался в стремительно приближающийся берег. Я сидел на носу лодки и угрюмо наблюдал за тонущей вдалеке «Акулой». Она, будто поглощаемая гигантским чудовищем, постепенно погружалась под воду. К слову, о чудовищах.

Вокруг тонущего корабля творилось что-то неописуемое. Твари всех мастей и размеров устроили там настоящий пир. Трупы моряков разрывались на части. Алая от крови вода бурлила и кипела, привлекая все новых чудовищ. И судя по тому, что нас никто не замечал, я пришел к простому выводу ― амулет капитана шхуны теперь у Такеды.

― Зачем? ― спросил я пересохшим горлом.

Это первый звук, который я издал после того, как шлюпка была спущена на воду.

― Ты о чем? ― наконец, он соизволил мне ответить.

― Зачем вы их убили?

― А ты сам разве не понимаешь? ― усмехнулся он.

Его тон меня взбесил, но я неимоверным усилием воли сдержался и настолько, насколько это было возможно, спокойно сказал:

― Тебе сказать, что понимаю я?

Мой фамильярный тон заставил капитана опустить голову и взглянуть мне в глаза.

― Валяй, ― стальным голосом отозвался он. ― Нам будет интересно послушать.

Гребцы, продолжая работать веслами, никак не отреагировали на наш разговор, но я знал ― они все отчетливо слышат.

― Вы трое ― хладнокровные убийцы, предавшие своих соотечественников и их семьи.