— Готова?

Дом в глуши — так бы охарактеризовали вы убежище Бродячих, когда увидели его в первый раз. Впрочем, как и во второй, и в третий… Но для них это был единственный способ остаться незамеченными.

На дело расходились и разъезжались несколькими дорогами, используя и велосипеды, и машины. Кто-то ходил пешком. В общем, делали все, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Вот сейчас, например, в ближайшей округе стояли еще несколько заброшенных огородов и все. Ни души, кроме нашего клана. Поэтому сзади дома и устраивали посиделки.

Костер горел, а на поваленных стволах деревьев сидели Бродячие.

Жук разливал из канистры напиток странного бурого цвета, передавал по кругу под крики одобрения. Все общались друг с другом, перекрикивались, а кто-то и переругивался. Разобрать слова в этом гудящем улье было сложно.

Мы с Ниной едва успели присесть на сводобный край, как нам тут же всучили в руки по стакану.

— Что, малая, с почином тебя! — рядом возник молодой мужчина с кривой ухмылкой и протянул свой стакан для тоста: — Ну за тебя!

— Да разве так надо? — прогудел словно из рога голос Жука.

 — Отзынь от девки! — главарь подвинул мужчину локтем, и высокопарно поднял свой стакан, громко провозгласив: — За удачный первак! За Рыжулю!

Все поддержали оратора, громко повторяя его пожелания. Стаканы чокались с глухим звуком, а содержимое проливалось на землю, а попав в пламя, громко шипело.

— Ух, хорошо пошла! — довольно вытер рот рукавом Жук и отошел вновь к канистре.

— Рыжуля? — тихо переспросила я у Нина, и она усмехнулась в ответ.

— Все, смирись. Если Жук кликуху дал, так тебе с ней и ходить!

— Мда… — надеяться, что меня будут называть по имени с моей стороны было крайне неосмотрительно.

— Рыжуля — прекрасное имя, — Нина махнула рукой влево: — Вон там Кваша, как тебе? С лохматой косой которая. А вон та, стриженная под мальчика — Лысая.

Я с облегчением поняла — мне, и правда, еще повезло.

— Дальше не буду, дабы не пугать. Но тут есть такие кадры… — тетка остановила свой взгляд на двух молодых мужчинах, сидящих подозрительно тихо для этой шумной компании. И те словно почувствовали, что привлекли внимание, подняли глаза. Один из них посмотрел на Нину, а второй одарил меня своим тяжелым, как чугун, взглядом.

Пробрало до дрожи.

Нина отвернулась, делая вид, что крайне занята рассказом соседки о краже в соседнем городе. Наклони голову вниз, и не поднимая глаз, тихо сказала:

— Вот к этой парочке лучше вообще не подходи. А если сами приблизятся — тюкай побыстрому.

— Вроде выглядят вполне, только взгляд у них… Бр-р-р… — тихо ответила я, делая вид, что отпиваю глоток.

— Глаза не могут обмануть, — Нина посмотрела мне в глаза.