А может, даже квартала. Или просто с превеликого бодуна. Она и рухнула внутрь вся целиком, унеся с собой вешалку с двумя старенькими пальто. Взвилась пыль.

Скудин с участковым Собакиным проникли в прихожую и сразу обнаружили первоисточник потопа. Жителя этой квартиры Ихтиандром именовали не зря: он держал целое рыбоводческое хозяйство. Спал на убогом диване, одежда вмещалась в старый покосившийся шифоньер… а всё остальное место занимали аквариумы. Современнейшие, роскошные. Устроенные по всем правилам – с освещением, поддувом воздуха и автоматическим подогревом.

В аквариумах хорошо себя чувствовали дивные тропические рыбки – радужные, переливчатые, чуть ли не светящиеся. Главное же место занимал прозрачный параллелепипед литров не менее чем на двести. И плавали в нём какие-то заморские редкости со среднего карпа величиной.

Ну то есть «стоял», «плавали» – всё во времени сугубо прошедшем. От огромного аквариума осталась лишь мощная сварная конструкция на пьедестале. Вода, все двести или сколько там литров, успела уйти вниз; на мокром линолеуме блестели осколки стекла, лежали обмякшие водоросли и отчаянно прыгали невезучие рыбины.

Красные и сине-зелёные. Кроме них, никого живого в квартире совершенно точно не было. Иван услышал бы. Он живо присел и стал собирать хвостатых-чешуйчатых пострадавших.

– Ты чё?.. – опешил Собакин. – Они, может, ядовитые!..

Он успел решить, что Риткин гость собрался зажарить откормленных рыбок. В качестве моральной, так сказать, компенсации за ущерб. Во всяком случае, у него самого при виде довольно-таки мясистых «карасей» первая мысль была именно о сковородке.

– Воду в ванной открой.

Андрон пожал плечами, но повиновался.

Когда минутой позже Скудин пришёл туда со спасёнными рыбами, участковый из общих соображений раскочегаривал колонку. Соображения были правильные. В мартовской водопроводной водичке теплолюбивые аквариумные неженки загнулись бы наверняка. Иван отрегулировал температуру, сделав струю чуть тепловатой, и выпустил принесённых в мокрой тряпке страдальцев. Надо думать, после аквариумного комфорта они райского блаженства не ощутили, но спасибо и на том, что не в масло да не на плиту. Собакин с запоздалым одобрением покивал головой. Рыбёха – она тоже тварь Божия и жить хочет. Спасли – пустяк, а приятно!

Не, ребята. Чудес на свете не бывает…

Кудеяр в серьёзной задумчивости тёр рукой подбородок, когда с лестницы снова раздались истошные Ритины крики:

Он сунул осколок в карман, выскочил за дверь и свесился через перила:

Спросил по инерции – можно было обойтись, ибо всё стало сразу ясно и так. Рита металась по площадке перед своей дверью, а из прихожей на лестницу торжественно выползало густое облако пара.