Тогда я выпрыгнула из своего кресла, дубле на двухсотом, и пошла в сторону павильона. Мы итак задержались сегодня, не хочу, чтобы это переносилось еще и на завтра.

— Костия, не могла бы ты выйти из павильона… — попросила я пока еще вежливо. Та вышла без слов, но внутренне я чувствовала, что она хотела меня порвать на мелкие частицы.

— Лекса… — начала я, присаживаясь на место Костии перед Аньей. — Покажи удивление, для тебя это тоже поначалу было шоком, это потом уже начало тебя забавлять. Удиви нас…

Я махнула рукой Анье, чтобы она начала говорить, в то время как Вудс зашла за стену.

— Хорошо. Потом пойди переоденься. Как дни с Октавией?

Шатенка смотрела как бы на мою губу, которая у меня должна быть разбита и ставила бокал передо мной.

В кухню зашла брюнетка с удивленной улыбкой на губах, а потом уже улыбка превратилась в ехидную.

— Стоп! Снято! — закричал Кинг, добавляя кому-то, что типо Кларк сыграла лучше, чем Костия, и у Лексы сразу все получилось. Но я не могла этого слышать, а лишь услышала противный голос Тернер.

— А как же я? Я же должна была играть…

— Мы вырежем Кларк и подставим тебя. Ещё раз переигрывать — нет сил, — спокойно произнес режиссер. — Завтра в одиннадцать, не опаздывайте! Да и если я говорю в одиннадцать утра, значит в это время вы должны не только прийти, а уже быть одеты и загримированы. Сценарист, звукооператор, специалист по свету, а также операторы должны быть уже на своих местах. Всем все понятно? Вот и славненько. До завтра.

Похоже, и Кинг под конец оказался не в духе, ну что поделать…

Все начали расходиться, и я пошла к своему вагончику. Как-то здесь завелось, что я не ужинаю, просто так устаю, что лучше полежу на своей, кстати, даже очень удобной кровати.

Я зашла к себе и хотела уже упасть, как услышала звук открывающейся двери. ГоспАди, ну что ещё?

Зашла Октавия с недовольным лицом, а следом за ней и Нельсон.

— Вчера не было времени поговорить. Значит, поговорим сегодня.

Блейк села рядом со мной и прошептала:

— Сейчас будет лекция от мамочки о вреде алкоголя на наш молоденький организм…

— Октавия! — повысила голос шатенка, присаживаясь на стул напротив нас.

— Я молчу-молчу… — проговорила О и вздохнула, я же повторила за ней.

— Ещё раз я почувствую от вас алкоголь или поймаю с поличным, пеняйте на себя…

Интересно, а что она могла нам сделать? Запретить ходить в кафе, не давать воду с похмелья, что?

Вот я и толкнула Окти, спросив шепотом, пока та вещала, как пагубно влияет на нас алкоголь, что можно натворить в алкогольном опьянении и много чего еще.

— Поверь мне, она может придумать, и нам с тобой не поздоровится… — шептала шатенка мне на ухо. Кажется, подруга знала больше, чем я.

— А теперь поговорим о вашем ребячестве.