Может, я пойму?

В оливковых глазах явственно читалось сомнение, а потому я добавила:

– Пожалуйста. Ты же пытаешься понять меня, а я хочу понять тебя. – И приложила кулак к груди, как это делали воины, общаясь друг с другом. Мне показалось, что это жест означает доверие и уважение у коренного населения.

Изогнутых губ Арх-хана коснулась призрачная улыбка, смягчая жёсткие черты лица. Мама так улыбалась, когда я в далёком детстве надевала её платья, влезала в туфли на высоком каблуке и играла во «взрослую леди».

– Каждый ларк должен пройти инициацию и доказать, что достоин носить звание настоящего мужчины и защитника.

Терекх сегодня с первыми лучами солнца вручил мальчикам оружие, чтобы они к сумеркам могли добыть еду и показать, что смогут заботиться о женщинах в стае. Ларк не может называться мужчиной, если не способен на это.

Мысли стремительно закружились в голове сорванными осенними листьями. Я непонимающе переспросила:

– Ножи, мечи, копья – любое холодное оружие, которое попросит ларк на день инициации. Кроме того, будущий защитник вправе требовать верёвки или сети.

Эмоции превратились в оголённые провода, стоило представить эту картинку.

– И многие… не справляются? – спросила я, чувствуя, что не хочу знать ответ. Но не задать вопрос не смогла.

– Все дети из деревни справились, и сегодня вечером Дайнагорн наречёт их защитниками, – мягко ответил Арх-хан, каким-то десятым чувством поняв моё состояние. – А у тех, кто не готов сражаться с хищниками, всегда остаётся вариант разорить гнездо птиц и принести яйца или поймать кролика или белку. Такие ларки формально проходят инициацию, но звание защитника не получают.

Арх-хан внимательно смотрел, изучая моё выражение лица, а я просто не знала, что ответить. На Цварге давно мясо синтезируют в специальных лабораториях или целенаправленно разводят скот на фермах. У меня в голове не укладывалась традиция инициации мальчиков Ларка.

– Но ведь это жестоко… – пробормотала я потрясённо. – А если он выберет слишком сложную для себя цель? А если животное его убьёт?

Вождь хмуро покачал головой.

Я совершенно по-новому оценила крепкую мускулатуру и каждый шрам на теле Арх-хана. Опасная красота.

Это не тренажёрные залы и учебная борьба на татами для агентов алеф-класса. Несколько застарелых белёсых росчерков на груди у самого сердца заставили вздрогнуть. С какими животными он сражался?..

– Выходит, ты защитник? – спросила и тут же поняла, что сморозила глупость.

Вождь лишь в очередной раз усмехнулся в ответ на мой вопрос и, заметив, что я смотрю на его, напряг мышцы. Мускулы перекатились под загорелой кожей груди, чётче очертился пресс, хотя, казалось бы, куда ещё чётче… Щекам стало жарко.