Не то чтобы он не считал себя защитником… когда требовалась помощь с хтэррами, Арх-хан не брезговал обратиться, да и воины на второй год стали прислушиваться и выполнять указания совсем как раньше. Конечно, стычки случались, но, пожалуй, самые серьёзные были как раз с Лейлой, потому что к цваргине силу не применишь, а на язык она оказалась очень даже остра. Особенно долго злилась, когда узнала, что Шонхорн действительно пытался организовать хайду с участием Арх-хана для принцессы клана Медных Лисиц. Советник много пытался объяснить, что вождь на тот момент не обручился с ней браслетами, а следовательно, Шонхорн был в своём праве, но… женщины порой обижаются по сущей ерунде.

– Раиса, да вроде как-то я и не просил вернуть звание защитника. – Шонхорн поморщился.

В принципе, такое положение его устраивало. Тщеславным он никогда не был, в хайдах особенно участвовать не хотел, ещё по молодости многократно вступал в сладкий дым цветов ракхаши, а Аллиша больше не пыталась с ним связаться или заговорить, а следовательно, в этом нужды не было.

– В смысле не просили? – Раиса даже моргнула от изумления. Гнев моментально испарился с её лица. – А-а-а… почему?

– А зачем? – вопросом на вопрос ответил мужчина. – Меня всё устраивает. Не вижу смысла. Дентайр, конечно, хотелось бы вернуть, но, когда мы выходим в Сухие Пески, Арх-хан отдаёт мне оружие, а в черте Шарршеорона оно и не нужно.

– Но как же… – Ларчанка внезапно затеребила медную косу, и от неё отчетливо поплыл аромат не то страха, не то неуверенности. – А если какая-то из женщин будет искать защитника?

– Да выберет любого другого. – Шонхорн пожал плечами. – Благо наш клан почти никого не потерял в то лето, когда хтэрры разбушевались, это остальные потерпели фиаско.

– Хм-м-м… но если ларчанка захочет выбрать именно тебя в качестве защитника?

Шонхорн изумился так сильно, что поднял голову, принюхиваясь к запаху молодой женщины, а потом и вовсе обошёл столешницу, чтобы их ничто не разделяло.

– Раиса, подскажи, а почему ты не участвовала ни в этом году, ни в прошлом в празднике цветения ракхаши? – тихо уточнил Шонхорн, чувствуя, как девушка нервничает всё сильнее.

– Потому что не хотела… – Она сглотнула.

– И аромат цветов на тебя не действовал? Ты не хотела присоединиться? Ты всякий раз пряталась в доме? – продолжил расспросы мужчина.

– Я рассказала Духам Предков, что хотела бы обменяться брачными браслетами, и они сделали так, что я стала невосприимчивой к аромату распускающихся бутонов. Я подходила и наблюдала, как они вспыхивают в небе, но… присоединиться – нет, не хотелось.

Одним слитым движением Шонхорн оказался прямо перед девушкой. Она кусала губы, а её зрачки часто-часто пульсировали, да и запах говорил, что Раиса сейчас крайне взволнована.