Он не шутил. Он уже не мог думать.

Подняв взгляд, Билл обнаружил, что президент пристально смотрит на него.

– Уолтер Салливан – единственный человек на земле, кому, помимо нас, известна значимость этой информации.

Выдержав его взгляд, Бёртон поднялся на ноги.

– В мои обязанности не входит убивать людей только потому, что вы это прикажете.

Президент не отрывал взгляд от лица Бёртона.

– В настоящий момент Уолтер Салливан представляет для нас непосредственную угрозу. Он также издевается над нами, а я не люблю тех, кто надо мной издевается. А ты?

– У Салливана есть на то чертовски веские основания, вам так не кажется?

Взяв со стола ручку, Ричмонд покрутил ее пальцами.

– Если Салливан заговорит, мы потеряем всё. Всё. – Он щелкнул пальцами. – Пшик! Вот так. И я сделаю все возможное, чтобы не допустить этого.

Бёртон упал в кресло, чувствуя, как у него в груди внезапно разгорелся пожар.

– Почему вы думаете, что Салливан уже не связался с полицией?

– Потому что я знаю Уолтера, – просто ответил президент. – Он сделает все по-своему. Чтобы получилось зрелищно. И подойдет ко всему дотошно.

Этот человек никогда не спешит. Но когда он начинает действовать, результаты получаются быстрыми и сокрушительными.

Бёртон уронил лицо в руки; мысли его неслись стремительно. Годы подготовки привили ему близкую к врожденной способность мгновенно обрабатывать информацию, думать на ходу, действовать на долю секунды быстрее всех остальных. И вот теперь у него в голове болталась мутная взвесь, похожая на вчерашний кофе, густая и маслянистая; разобрать в ней что-либо было невозможно. Бёртон поднял взгляд.

– Но убить старика?..

– Я утверждаю, что прямо сейчас Уолтер Салливан думает, как лучше нас уничтожить.

Подобные действия не вызывают у меня никакого сочувствия. – Президент развалился в кресле. – Выражусь коротко и ясно: этот человек решил воевать с нами. А каждый должен отвечать за последствия своих решений. И Уолтеру Салливану это известно лучше, чем кому-либо из живущих на земле. – Его глаза снова двумя лазерными лучами вонзились в лицо Бёртона. – Вопрос заключается в том, готовы ли мы нанести ответный удар?

Последние три дня Коллин и Бёртон провели, следя за Уолтером Салливаном.

Когда миллиардер вышел из своей машины в этой абсолютной глуши, Бёртон не мог поверить в удачу. В то же время он проникся глубоким сочувствием к своей жертве: теперь расправиться с Салливаном было проще простого.

Муж и жена убиты. Машина мчалась назад в Вашингтон. Бёртон непроизвольно потер руки, стараясь избавиться от грязи, которую чувствовал во всех складках кожи. Его прошиб холодный пот при мысли о том, что он никогда не сможет стереть это чувство, реальность того, что он совершил.