Сейчас сполосну сковородку, налью кофе и пойду будить Никитина. Заодно спрошу, какой тут транспорт рядом ходит. Такси в это время в центре города дождаться нереально, все стоят в пробке на выезде в промзону.

В целом, если не обращать внимания на записку холодильнике, где написано явно не рукой Никитина: «Забрать костюм из химчистки», то я прихожу в норму.

Поглядывая на красивую кофейную пару, уже предвкушаю, как сделаю первый глоток. Нам, кофезависимым, все не в радость до первого глотка.

За шумом льющейся воды даже музыку плохо слышно, поэтому появление на кухне Никитина становится для меня сюрпризом.

Обернувшись на его голос, вижу, что в отличие от меня он выглядит изрядно усталым, похоже, я вчера выпила из него все соки, но почему у него лицо такое невольное я понять не могу.

Выключаю воду, чтобы услышать, что он мне говорит, и Сергей повторяет свой вопрос:

– Это что еще за спектакль?

Глава четырнадцатая

– Настроение хорошее, – объясняю я свои танцы. – Да и бассейн пропустила, будем считать разминка…

– Я спрашиваю, к чему все эти игры в идеальную хозяйку? – резко прерывает меня Никитин. – Готовый завтрак, вымытая сковорода, еще б кофе в постель принесла. Что? Решила себя прорекламировать? Мол, не только в постели за*бись, но и готовлю отменно? Утренний отсос в пакет услуг входит?

У меня пропадает дар речи. До меня доходит, откуда такие претензии: мы же с ним вчера обсуждали женскую привычку примерять стереотипную женскую роль. Он решил, что я таким образом набиваю себе цену?

В груди все сжимается и от несправедливого упрека, и от слов, какими он был высказан, а также от осознания, что я Никитина интересую только в одной роли, совершенно определенной.

Оставляю в покое сковороду.

– Утренний минет полагается не всем, только постоянным клиентам компании. А ты, как я посмотрю, предпочитаешь разнообразие в обслуживании.

– Что за херню ты несешь? Все? Сказка кончилась? Начинаются суровые будни с их «Ой, все»? Честная и откровенная Даша скрылась за горизонтом? Или ее вообще не было?

Меня захлестывает волна гнева. Эта скотина вчера развела меня на секс, на разговоры о том, что я даже с подругой не обсуждаю, и обвиняет меня в притворстве?

Методично вытираю руки о банное полотенце на мне.

– Раз уж мы тут решили поговорить об откровенности, скажи мне, Сережа, – сказанное сквозь зубы, его имя словно вжиканье кнута. – Сколько баб ты трахаешь на неделе? Не думай, я не осуждаю. Но когда я вчера спросила, женат ли ты, зачем ты мне соврал? Побоялся, что п*зда не обломится?

– Я не женат! – рявкает он.

– А это не важно, – я срываю с себя полотенце и швыряю в него. – Ты прекрасно понимал, что я имею в виду. Меня интересовало свободен ты или нет.