– Спасибо, дон Исайя, – тепло поблагодарил Бенуцци, поднимая собственный ботинок, наполненный собственной же мочой, который он принимал за бокал с шампанским.

Благородные доны пригубили божественный напиток.

– Что это? – вдруг встрепенулся Вагнер.

Кто-то шагал по коридору за стеной. Послышалось лязганье, в замке металлической двери повернулся ключ.

– Русские! – От невероятного ужаса Бенуцци едва не выронил бокал. – Русские идут! Господа, нам всем конец!

– Не городите чепухи, благородный дон, – отозвался Колхейн, – нам русские уже не причинят никакого вреда. Они до нас уже давно добрались…

В двери откинулось металлическое окошко, на которое с той стороны поставили пластмассовую миску.

– Обед, мистер Бенуцци, – раздалось из-за двери. – И ваши любимые синенькие пилюли. Сегодня доктор разрешил вам принять две.

– Спасибо, друг мой, спасибо, – пробормотал дон Джузеппе. – Очень кстати. Я только допью шампанское…

Мистер Вагнер подмигнул ему единственным уцелевшим глазом, и на мгновение Бенуцци стало дурно. Ему вдруг показшюсь, что все вокруг не так, как должно быть. В окружающем его пространстве была растворена какая-то неправильность. Его где-то обманули, причем обманули дерзко, публично и в каком-то жизненно важном аспекте. Но он никак не мог осознать, что же это за обман.

– Ваше здоровье, любезный, – сказал дон Джузеппе окошку, прикладываясь к ботинку.

– Ладно, – сказала Рысь. – Это все хорошо; и все же что вам предложил Кейн? Ведь он вам что-то предложил, верно? Он ведь для того нас и прикрыл?

– Расслабься, Светка, все нормально, – проговорил Родим. – Тебя это теперь абсолютно не касается. Я надеюсь, для тебя все это безумие закончилось. Мистер Кейн полностью в курсе наших дел и обещал нам присмотреть за тем, чтобы у вас с Гламом все было хорошо.

– Ребята, – проговорила Рысь, чувствуя, как у нее перехватывает горло. – Ребята…

– Этого тоже только слепой не увидит, – заметил Песец. – Что ты пришла нам объявить, что остаешься с Гламом. У тебя же глаза горят от счастья. – Он снова наполнил стаканы. – Юридически ты совершенно чиста перед их законами, мы проверили. Во время Ипалайского конфликта ты по документам была на переподготовке, а операция на Дальнем Приюте ими самими признана преступной. И за то, что произошло здесь, на Тахоме, они, как ты понимаешь, тоже не в претензии. Так что с этой стороны все чисто. Счастья вам, молодожены.

Рысь задумчиво покачала ногой, обутой в стильную лодочку стоимостью в пять тысяч кредитов.

– Спасибо, ребята, – смущенно произнесла она. – Спасибо, мужики. Не ожидала от вас… – Она помолчала, потом спросила со вздохом: – А все-таки, что вам предложил Кейн?

Витковский нахмурился. Светке вроде бы дали понять, что это уже не ее дело.