Самая глухая и самая надежная камера…

– Хотите, я помещу вас к мистеру Каперони? – деловито поинтересовался Хокинс. – У него сравнительно шикарные условия содержания. Мы переведем его сокамерника в другую камеру, и вы сможете…

Лицо Бенуцци перекосило от ужаса.

– Нет! – взвизгнул он. – Только не к Каперони! Русские прекрасно знают, где он находится, ведь это именно они его и засадили за решетку! Господи, Джек, ради всего святого, вы просто сделаете им рождественский подарок, а у вас вместо одного трупа будет два!

– Не говорите ерунды, – поморщился Хокинс. – Каперони прекрасно охраняют. Я уверен в своих людях.

– Вы не знаете этих фанатиков… – покачал головой Бенуцци, мгновенно перейдя от возбуждения к депрессии, что тоже не ускользнуло от старого копа. – Они сумеют… Они найдут лазейку…

– Куда же вас в таком случае поместить?

– Куда угодно! Поглубже! В самую плохую камеру, в ледяной подвал, в карцер – но чтобы это было действительно надежное убежище!

Начальник полиции задумался.

– У нас есть отделение для маньяков и душевнобольных преступников, – проговорил он наконец. – Оно охраняется очень строго, тройная линия защиты. Правда, условия там не очень, и если вас не смущает…

– Да! – радостно вспыхнул дон Джузеппе. – Прекрасно! Не смущает! Вы меня очень обяжете, мистер Хокинс, я буду вашим должником всю оставшуюся жизнь.

Джек вызвал охрану и отдал ей необходимые распоряжения. Бенуцци слушал его с улыбкой облегчения.

– До свидания, мистер Хокинс, – сказал он в дверях, когда дюжие охранники выводили его из кабинета, заломив руки за спину. – Спасибо вам за все, что вы сделали для меня. Господь не забудет вашу доброту.

– Если еще понадоблюсь, обращайтесь, – пробурчал начальник полиции, снова уткнувшись в сводку происшествий.

В состоянии некоторой задумчивости Рысь поднималась в лифте на этаж, на котором располагалась служба безопасности «Саггети Корпорейшн», рассеянно вертя на пальце тонкое колечко с крупным имальдином.

Мятеж среди рейнджеров был успешно подавлен. К тому времени как Горностаи вернулись в «Хайтауэр Билдинг», мятежники, брошенные своим предводителем, уже прекратили всякое сопротивление. Трудно сказать, на что вообще рассчитывал Оззи Пастор, поднимая мятеж, – разве что на эффект неожиданности, поскольку бывшие десантники были гораздо более подготовлены к боевым действиям, чем бывшие гангстеры. Спецназовцы также окончательно сложили оружие, но их через двадцать четыре часа передали представителям войскового командования для проведения служебного расследования по поводу того, каким образом и по чьему приказу элитная команда флотского спецназа оказалась замешана в проведении операции на территории государства, да еще и против собственных граждан.