– А вот и зря! На такой гордости в рай не въедешь и мужика не удержишь, Кать! Послушаешь тебя – ну как малолетка себя ведешь, честное слово! Хуже твоей Лёльки прям! И того не буду делать, и этого!

– Ну так и останешься ни с чем, поняла? С разбитым корытом останешься, бабушкой-одиночкой! А Лёлька твоя махнет на тебя рукой, пойдет и дальше свою личную жизнь устраивать… Одного Женю бросила, другого найдет.

И Митечка твой тоже себе другую найдет, да и уже нашел, по всей видимости! Ну сама подумай, кому ты будешь нужна, кроме Темочки? Ведь одна его поднимать будешь, а это ой как трудно по нынешним временам… Вот хотя бы на Машку посмотри, как она одна мучается! А ты ведь не молоденькая уже! А Темочку надо будет одевать, кормить, образование какое-никакое давать… Сможешь ты все это одна сделать, скажи?

– Ну, хорошо же ты обрисовала мое грустное будущее, Наташ! Прям все по полочкам разложила! Аж плакать захотелось от жалости к себе, ага!

Наташа вздохнула только, махнув рукой.

Помолчала, потом проговорила тихо:

– Да что говорить, если ты меня все равно не слышишь! Я и говорить больше не буду ничего… Живи как хочешь, твое дело…

– Я слышу, Наташ.

Я все прекрасно слышу. Спасибо за заботу, Наташ… Я подумаю, как мне быть в этой ситуации, правда…

– Да уж, конечно, подумаешь ты… – проворчала Наташа, отодвигая от себя пустую чайную чашку. – Свежо предание, да верится с трудом…

Наташа снова вздохнула тяжело, замолчала. Катя вдруг почувствовала легкое головокружение и даже ухватилась рукой за столешницу и улыбнулась испуганно.

И вдруг поняла, как ей плохо сейчас, как тяготит ее присутствие сестры. Поскорей бы она ушла, что ли…

Хотя, наверное, вовсе не от присутствия Наташи ей плохо. Наверное, это страх неизвестный в ней поселился и делает свое черное дело, сжимая сердце в кулак.