Где бальзам для волос? Блеск для губ? Крем от загара? – Я большим пальцем ткнула в сторону входной двери: – Мне нужно почистить зубы. И принять душ.

Он ухмыльнулся, слезая с мотоцикла:

– Ты как будто приглашаешь.

Я поцеловала его, встав на цыпочки.

– Когда я закончу, наступит час икс. Я поеду к Ви, чтобы забрать маму и рассказать им обеим всю правду. Хэнка больше нет, и теперь уже можно признаться во всем.

Не очень-то мне хотелось заводить этот разговор с ними, но я и так слишком долго тянула. Все это время я убеждала себя, что защищаю Ви и маму, но на самом деле, я просто не хотела говорить им правду. Я оставила их во тьме заблуждений, опасаясь, что они не выдержат света истины. И даже я понимала, что эта логика тут порочная.

Открыв дверь, я бросила ключ в тарелочку. Но не успела сделать и пары шагов, как Патч схватил меня за локоть. Одного взгляда на него мне было достаточно, чтобы понять: что-то не так.

Патч едва успел заслонить меня собой, когда из кухни вышел Скотт. Повинуясь его жесту, рядом с ним тут же выросли еще два нефилима. Оба были ровесниками Скотта, высокие и сильные, с хорошо развитой мускулатурой. Они смотрели на меня с нескрываемым любопытством.

– Скотт! – я выскочила из-за Патча и бросилась Скотту на шею. – Что случилось?! Как тебе удалось убежать?

– Учитывая обстоятельства, было решено, что в строю я принесу больше пользы, чем в заключении. Нора, позволь тебе представить: это Данте Матерацци и Тоно Грэнтхэм, – произнес Скотт. – Они оба – первые лейтенанты в армии Черной Руки.

Патч двинулся к нам.

– И ты привел этих людей в дом Норы?! – спросил он, глядя на Скотта так, будто готов перегрызть ему глотку.

– Спокойнее, мужик. Они нормальные. Им можно доверять, – ответил Скотт.

Смех Патча был каким-то низким и хищным:

– Приятно слышать это от такого известного лжеца.

– Ты уверен, что хочешь играть в эту игру? В твоем шкафу не меньше скелетов.

– Хэнк умер, – сообщила я Скотту, не считая нужным давать им с Патчем время на перепалку.

– Мы знаем. Покажи ей знак, Данте.

Данте сделал шаг вперед. У этого высокого нефилима была внешность латиноамериканца, что объясняло и необычное имя. Он вытянул руку, на указательном пальце которой плотно сидело кольцо, точно такое же, как то, что Скотт выбросил в океан. Оно светилось голубым резким светом – казалось, я буду видеть этот свет, даже если закрою глаза.

– Черная Рука предупреждал, что это произойдет в случае его смерти, – объяснил Данте. – Скотт говорит правду. Это знак.

– Вот почему меня освободили, – подхватил Скотт. – Армия на грани распада. Никто не знает, что делать. Хешван уже почти наступил, а Черная Рука планировал начать войну. Теперь же его люди в панике, они потеряли своего лидера и совершенно растеряны.