Три месяца ты жил, полагаясь только на себя, и у тебя все получалось. Какое бы заклятие ни наложил Хэнк на это кольцо, оно явно не к добру.

– Почему это имеет для тебя значение? – тихо спросил Скотт.

– Потому что для меня имеешь значение ты.

– А если я откажусь?

– Тогда я попытаюсь силой стащить его с твоей руки. Конечно, я вряд ли смогу одолеть тебя в драке, но не прощу себе, если хотя бы не попытаюсь.

– Ты собираешься драться со мной, Грей?

– Не вынуждай меня доказывать тебе это.

К моему удивлению, Скотт снял кольцо с пальца и держал его на ладони, молча и пристально смотрел на него, размышляя о чем-то своем.

– Это был твой шанс сделать фотографию года, – произнес он и швырнул кольцо в воду.

Я облегченно вздохнула:

– Есть еще последние просьбы?

Мне не хотелось расставаться с ним сейчас, когда события развивались так быстро и так непредсказуемо. А вдруг мы расстаемся… навсегда? Я быстро заморгала, чтобы сбросить непрошеные слезы с ресниц.

Он подул на руки, чтобы согреть их.

– Ты можешь приглядывать за моей матушкой, чтобы с ней ничего плохого не случилось?

– Не рассказывай ей обо мне. Черная Рука не трогает ее только потому, что думает, что с нее нечего взять.

– Я буду следить, чтобы с ней все было в порядке. – Я слегка подтолкнула его: – А теперь давай, проваливай, пока я не разревелась.

Скотт не двигался, в глазах у него мелькнуло странное выражение. Это не был страх в чистом виде. Скорее, какое-то ожидание или предвкушение. Он наклонился и поцеловал меня. Губы его нежно коснулись моих. А я была настолько потрясена, что даже не нашла в себе сил отпрянуть.

– Ты хороший друг, – произнес Скотт. – Спасибо тебе за мое возвращение.

Я медленно поднесла ладонь к губам. Мне нужно было так много ему сказать, но все слова внезапно куда-то исчезли. Я смотрела не на Скотта, а ему за спину, где целая шеренга обвешанных оружием нефилимов с сосредоточенными и решительными лицами карабкалась на скалу.

– Руки вверх! Руки вверх!

Они громко кричали, но слова звучали в моих ушах как-то странно, нечетко, как будто пластинку крутили с замедленной скоростью. Странный гул, перерастающий в рев, отдавался у меня в голове. Я смотрела, как шевелятся их губы, как поблескивает оружие в лунном свете. Они были везде, они наступали, окружая нас со Скоттом.

В глазах Скотта больше не было надежды – один страх.

Он бросил на землю спортивную сумку и закинул руки за голову. Что-то тяжелое, возможно чей-то локоть или кулак, со свистом разрезало ночной воздух и обрушилось на его голову со страшной силой.

Скотт упал, а я все еще силилась понять, что за слова они выкрикивают. Даже его истошный вопль не смог пробиться через сковавшее меня оцепенение и ужас.

А потом наступила тишина.