– Я напуган, Мрак! Никогда в жизни еще не был так напуган! У меня были разные противники… Ну, ты знаешь. Но никогда еще не приходилось сталкиваться с…

Он замялся, подыскивая слово. Мрак следил за ним, не меняя выражения лица. Это «никогда в жизни не был так напуган» уже слышал от Олега не раз, но, похоже, Олег в самом деле испуган до икотки. Хотя Олега, конечно, может напугать любой заяц, а если ворона каркнет над головой, то обомрет от страха. Но с другой стороны, он уже научился справляться с обычными противниками, а в обычных для них числятся даже чудища, короли и маги…

– С кем? – спросил он.

– С Организацией, – выдавил Олег. – Такого еще не было. Мрак, когда за тобой начинает охотиться Организация… а у нее в арсенале не только винтовки со снайперскими прицелами, но и приборы ночного видения, подсматривающие и подслушивающие устройства, когда со спутников могут увидеть любой твой шаг и даже гримасу… Увидеть и тут же послать по твоему следу, а то и вообще… Убегаешь от одних, а впереди уже ждут другие! Которые следят по мониторам, как ты бежишь, карабкаешься, хрипя и задыхаясь, уверенный, что уже оторвался от преследования…

– А у тебя не глюки? – спросил Мрак.

 – Ты всегда был страхополохом.

– Погиб Малышев, – сказал Олег. – Погиб Утерн, затем был убит Ван Тох… а когда я примчался к Клеменсу, ты о нем слыхал, он координировал наши действия в Африке, я застал еще теплый труп. А затем за мной двое суток гнались, стреляли, пробовали захватить…

Мрак внимательно всматривался в исхудавшее лицо волхва. Олег вздрагивал без причины, ежился, морщился, потирал ладонью бок, думая, что делает это незаметно. Кожа посерела, даже ярко-зеленые глаза стали темными, цвета листьев тополя.

– А ты не мог их перебить?

– Шутишь?.. Это не отряд разбойников. Организация! Сколько я убью, столько же примут в ряды. К тому же узлы Организации раскиданы по всему свету. Куда бы я ни кинулся, на какой бы берег ни выполз, хрипя и обламывая ногти, там уже будет ждать группа крепких ребят с пристрелянными автоматами.

Мрак внимательно взглянул в его измученное лицо:

– А ты все еще не решаешься бить направо и налево? Ну, я имел в виду, как-то вообще действовать?

– Мрак… Как ты можешь такое говорить? Как можно вообще произносить такие слова? Действовать – это такая ответственность!.

. Как могу я решать? Как могу решать не только за себя, но и за других? Когда слышу «А судьи кто?», всякий раз мороз по коже и рожа горит – стыдно.

– Вижу, грамотность тебя задолбала… И эта, как ее… интеллигентность. Ну, то, что среди дураков ею считается. Олег, я не поверю, что, когда за тобой гнались, ты никому не дал в лоб. Или по ушам. А то и замочил вовсе в благородной рассеянности. Такой уж ты, мыслитель, невнимательный.