– Ты, не я же! – смеюсь я в голос. Моя девочка…

– Да я… Да ты… – задыхается она от эмоций. – Да я тебе сейчас покажу, как я ревную! Вот возьму и расскажу все твоей маме!

– О, гордая Кира хочет побежать ябедничать? Ну все, точно как в школе! – подтруниваю я. Но в душе закрадывается нехорошее предчувствие: глаза блестят, как-то слишком возбуждена, хриплый голос… Но когда она резко бледнеет, мне становится совершенно не до смеха.

– Кира, что с тобой? Ты побелела! Тебе плохо?

Я хочу ее уложить в кровать, но она отталкивает меня. Успеваю почувствовать, какая у нее горячая кожа. Кипяток просто.

– Не трогай меня, понял?!

– Кира! – обеспокоенно бросаю я и все же подхожу к ней. – Ты вся горишь! У тебя температура!

– Да какая температура?… – еле ворочает она языком и все так же пытается меня оттолкнуть.

– Бог мой, Кира! Да не вырывайся же ты, дурочка! Дай я тебя уложу в кровать! Потом выясним отношения!

– Сам дурак! Не буду я с тобой ничего выяснять! – Она пихает меня в грудь и, не устояв на ногах, падает. Успеваю подхватить ее в последний момент и с ужасом понимаю: она без сознания.

Укладываю ее в кровать и вызываю скорую. Тут же прибегает мама, услышав наши крики, и, узнав, что произошло, бежит за лекарствами и нашатырем. Кое-как приводим девушку в чувство, отправив Соню в свою комнату. Мне кажется, я поседел за эти несколько минут ее обморока. Я подумал, что если с ней что-то случится, то я тоже этого не переживу. Ужас просто сковывал движения, и мама, увидев это, усадила меня на кресло и сама занялась обтиранием.

Скорая подтверждает болезнь, и врач делает укол от температуры, которая к моменту их приезда была почти сорок. Кира ненадолго приходит в себя, и я тут же начинаю извиняться перед ней, но укол постепенно действует, и она сразу же засыпает, не сказав ни слова.

Глава 17

Кира

Я открываю глаза, чувствуя себя довольно бодро. За окном светло и громко поют птицы. Ощущение, что уже как минимум двенадцать дня. Сколько же я проспала?

Поворачиваюсь и вижу на другой стороне кровати Влада. Мужчина свернулся возле меня, явно замерзнув без одеяла. Ну естественно, я же его полностью приватизировала. Тихонечко притрагиваюсь к его плечу, и он тут же подскакивает.

– Кто? Что случилось? Я не сплю!

– Да не спишь, не спишь, все хорошо! Успокойся, Влад, – смеюсь я над его растерянностью.

Мужчина понимает, что все хорошо, и устало садится на кровать.

– Напугала ты нас, Кира!

Только сейчас я замечаю темные круги под глазами у Влада и осунувшееся лицо. Да и тон его лишен всякого обыкновенного веселья.

– Ну, извини…

– Да что там. Как ты себя чувствуешь? Уже лучше? – Мужчина прикасается к моему лбу и молча кивает.

– Да, уже хорошо. Только есть хочется!

– О, это хороший признак! Лежи, сейчас принесу, – говорит Влад и поднимается.