Я просто решил взять выходной и провести время с дочкой.

– Так проводи, а мне дай отгул? – Улыбаюсь ему во весь рот, наблюдая, как тот выкрутится.

– Ну, это можно, но вдруг мне срочно понадобится возвращаться в офис, куда ж я дену Соню? Нет уж, сегодня ты с нами, и точка.

– Или ты с нами! Мы-то первые собрались… – кривлюсь. Ну куда мне проводить дни с Кострицким? Мы так не договаривались!

– Это сути не меняет! В общем, собирайтесь! Я через час жду вас в машине!

Не дождавшись ответа, он встает и уходит, оставляя меня злиться. Вот ведь хитрюга, чертовски сексуальный, но все же хитрюга!

Я быстро допиваю кофе и иду в спальню к Соне. Девочка спит, раскинув руки и ноги, словно морская звездочка. Это умиляет меня, и я на миг останавливаюсь.

До чего же прелестная. Она напоминает мне меня не только внешностью, но и характером. Только Кострицкий теперь в роли защитника, а не обидчика.

Улыбаюсь и похожу к девочке ближе. Сажусь рядом с кроватью и дотрагиваюсь до мягких волос:

– Сооооняя… – шепотом нараспев тяну я.

– Мам? – девочка не открывая глаз, улыбается во сне. Меня словно током прошибает. Бог мой, а ведь я все время думала только о том, кто смог заарканить Кострицкого, когда вспоминала его жену. Но даже и не задумывалась, что девочке тоже очень сильно не хватает мамы. Можно сказать она и есть та, кого нужно жалеть больше всех в сложившейся ситуации. Влад быстро найдет себе утешение, та женщина, удивительно похожа не меня, тоже, скорее всего, живет припеваючи, раз даже носа своего здесь не показывает. А вот Соня… Ее маленькое детское сердечко любит ее, как бы она с ней не поступила.

– Нет, крошка, это я, Кира.

Девочка открывает глазки и смотрит на меня, будто пытается понять кто перед ней, но вскоре осознание появляется в ее глазах:

– Ааа… Кииилаа! Ты так похожа на маму! – она бросается в мои объятия и, забыв о сказанных только что словах, словно они ничего не значат, виснет у меня на шее. Я глажу ее по голове, но дыхание до сих пор не восстановилось. Нужно выяснить все у Кострицкого. Не знаю как я это сделаю, но если я хочу взаимодействовать с ребёнком, нужно знать как с ней разговаривать о том человеке, который должен быть ближе всех любому малышу.

– Собирайся, зайка! Поедем в парк!

– Плавда? Здоооольово! А мы снова увидимся с тремя малышами тети Саши? Они такие классные! – тараторит Соня, а я усмехаюсь.

– Нет, лучше! – хитро усмехаюсь ей, ставя на ноги. – Мы едем втроем! Ты, я и твой папа!

Соня кружится по комнате и радуется, а я смеюсь ее непосредственности. Но боль за брошенную девочку не проходит. И я решаю, что ни за что не оставлю ее. Постараюсь сделать ее детство радостным и красочным. Сделаю все, чтобы она не страдала и не звала маму во сне. Вместе с решимостью приходит и злость на неизвестную.