Ну раз бариста, тогда наливай кофе молча! – все так же широко улыбается мужчина, задорно мне подмигивая.

Позер!

Делаю ему чашку капучино, борясь с желанием плюнуть туда, и, ставя на барную стойку, опираюсь на нее локтями.

– Пей и иди! У меня тут работы непочатый край! – Обвожу пустую кофейню рукой, не сводя взгляда с Влада.

– Да-да, я вижу. Много платят? – невинно интересуется мужчина, а я закатываю глаза.

– Достаточно!

– Угу-угу… – кивает тот, отпивая глоток напитка. – Вкусно, кстати.

– Спасибо!

– Па-а-ап, ну пашли-и-и уже! – дергает девочка его за рукав дорогого костюма.

– Да, Сонь, сейчас! – Обращаясь к дочери, мужчина совершенно преображается и становится больше похож на плюшевого мишку, чем на хитрую пантеру.

– Твоя? – зачем-то спрашиваю очевидное.

– Да. Кира, у меня к тебе не просто просьба, это деловое предложение. Сама судьба мне послала тебя именно в этот день!

– Я не…

– Погоди, выслушай сначала! – серьезно заявляет тот, перебивая меня на полуслове. – Я иду на встречу с представителями крупной компании из США, мы планировали ее уже давно, а у нас, как назло, заболела няня.

– Она сбежала! – деловито добавляет девочка.

– Спасибо, дочь! – пожимает губы Влад и продолжает: – Да, она ушла, сказав, что у нее больше нет сил смотреть на этого ангелочка! – Мужчина треплет щечку малышки, и та недовольно морщится.

– А я-то при чем? – спрашиваю, все больше улыбаясь от их милого общения. Если Соня пошла характером в отца, то я догадываюсь, почему от них бежала няня.

– Ты можешь побыть нашей няней буквально день? – глазами кота из «Шрека» поглядывает на меня Влад.

– Зачем мне это? – Подпираю лицо кулаком, равнодушно глядя на мужчину. Не действует на меня твой фирменный взгляд, даже не пытайся!

– Ну вот сколько ты тут зарабатываешь? Тысячу? Я заплачу три!

– Три?! – ошарашенно выдыхаю я.

– Да! Три тысячи долларов за день с этим ангельским ребеночком.

– Ну, я даже не знаю… – совсем растерявшись, тяну я. Он, вообще, серьезно? Перевожу взгляд на малышку, которая мило улыбается, болтая ножками с высокого стула, и возвращаюсь к мужчине.

– За день три тысячи? Да так даже прости… ну, этим не платят!

– Говоришь так, как будто знаешь! – хитро улыбается Влад, а я чувствую, что начинаю злиться.

– Так, все, иди!

– Ну погоди, ладно, извини! Так ты согласна?

Я долго смотрю на него, прищурившись одним глазом, и уже думаю согласиться. Не, ну а что? Три тысячи на дороге не валяются, а всего-то нужно посидеть с ребенком. Нетрудно, только если не учитывать, что это дочь самого Кострицкого.

– А что, нянь больше нет? – задаю последний вопрос, желая убедиться, что мужчина и правда не имеет другого выхода и что это не какой-то его коварный план.

– Нет! Прежде чем допустить к своей дочке, я проверяю всех.