— А я хочу, чтобы подчиненные не давали мне указания, — строго сказал Парсек.

— Не забудь, что ты теперь Гафур, — на всякий случай напомнил Парсек, вытирая руки об одежду.

— Гафур аль Московья, — назвался полным именем Гаер и забросил пустую канистру в багажник. — Сейчас куда?

— Через контрольно-пропускной пункт ехать нам точно нельзя. — Парсек закрыл багажник. — Будем переходить в другом месте.

— А если снова вернуться в город и действовать по обычной схеме? — неожиданно предложил Гаер.

— Придется выходить на проводников, а они могут быть связаны с турецкой разведкой. — Парсек покачал головой. — Нас сразу схватят.

— Думаю, в этот раз ты ошибаешься, — возразил Гаер. — Если Джунаид сотрудничал с твоим Булутом, то почему переправлять нас собирался Виссар?

— Просто Булут также заинтересован в том, чтобы мы оказались в лагере для подготовки летчиков-камикадзе, — привел свой аргумент Парсек. — Соперничают.

— А что если Булут собирался нас попросту подставить?

— Я думал об этом, — признался Парсек. — И до сих пор это допускаю.

— Тогда в чем же дело? — недоумевал Гаер.

— Значит, к Джунаиду? — последний раз взвешивая все «за» и «против», задумчиво проговорил Парсек.

— Кроме него, нам некуда ехать.

— Хорошо, — сдался Парсек.

— Кто за руль? — Гаер выжидающе уставился на Парсека.

— Прыгай ты, — разрешил Парсек.

День близился к вечеру. Только что промелькнул указатель «Райханли». Справа и слева от дороги потянулись дома, разбросанные по заросшим лесом склонам небольших сопок. Пригороды как-то сразу закончились центром. Небольшая площадь была окружена сплошь административными зданиями, банками и гостиницами. Город располагался на самой границе, и это ощущалось не только по количеству полицейских и спецмашин, но и по какому-то странному напряжению в воздухе.

Парсек знал, большая часть жителей — это террористы и члены их семей. Еще он знал, что именно здесь находится тюрьма для тех, кто пытается бежать в Сирию. Сидят в ней целыми семьями, иногда вместе с детьми. Сейчас уже ни для кого не секрет, что создавалась она большей частью для иностранных журналистов и общественных организаций. Власть пыталась показать, как она борется с распространением терроризма, а заодно выбить из западных спонсоров деньги и привилегии. Деньги турки делали на всем. С одной стороны, на контрабанде с подконтрольных ИГИЛ территорий нефти, хлопка, культурных ценностей, цитрусовых и наркотиков. С другой — на иллюзии борьбы с терроризмом. До сих пор это получалось, а главное, устраивало старшего брата в лице Госдепартамента США. Однако затрещала по швам от наплыва беженцев Европа, прокатилась по странам и континентам волна террора, и уже сложнее стало скрывать очевидное.