— Скорее всего, сейчас Федосов и решает этот вопрос с родственниками».

Генерал оказался в незавидном положении. Непонятно было, как теперь действовать. Что сказать родителям? Получится ли у него убедить их похоронить незнакомого человека как собственного сына? А как быть с родственниками Аслана? Они ни сном ни духом не ведают, что произошло.

Оказавшись во дворе учебного корпуса, Парсек достал телефон. Немного поразмыслив, набрал номер Федосова.

Генерал как раз вошел в кабинет начальника СИЗО. Отец Исхатова был уже здесь. Нестарый еще мужчина с окладистой бородой сидел на стуле у стены. На голове шапочка, сшитая по форме тюбетейки, в глазах усталость и тоска. Федосов глянул на дисплей пропищавшего телефона.

— Самое время мне с тобой говорить, — проворчал он и отключил телефон.

При появлении генерала начальник СИЗО встал и вышел из-за стола.

— Вы отец Исы Исхатова? — спросил Федосов, разглядывая мужчину, продолжавшего сидеть на стуле.

Вместо ответа тот кивнул.

— Я пришел не для того, чтобы выразить вам соболезнования, — Федосов выдержал паузу, которой тотчас воспользовался Исхатов-старший. Он поднял на него потухший взгляд и проговорил:

— Я не нуждаюсь в этом, он был террористом.

— Нет, не только поэтому. — Федосов ответил на рукопожатие начальника СИЗО и сел напротив убитого горем родителя. — Вы не нуждаетесь в сочувствии не потому, что он террорист, а потому что убит совершенно другой человек.

По мере того как смысл сказанного доходил до Исхатова-старшего, взгляд его темнел.

— Этого не может быть! — Он внимательно уставился в глаза Федосова. — Я сам по телевизору видел!

— Убит человек, который выдавал себя за него, — объяснил Федосов, следя за выражением лица собеседника.

— Зачем он так делал?! — воскликнул Исхатов-старший.

— Мы думаем, что ваш сын таким образом собирался пустить следствие по ложному следу, а сам затерялся где-нибудь в Европе, используя документы этого человека, — изложил Федосов заранее заготовленную легенду.

— Скорее, его семье, — продолжал врать Федосов. — Это сейчас выясняют.

Исхатов-старший встал и вопросительно посмотрел на начальника СИЗО:

— Нет, — Федосов покрутил головой. — Я пришел просить вас, чтобы вы похоронили этого человека как своего сына.

— Как это? — не понял Исхатов-старший.

— Никто не должен знать, что завтра будет погребен не Иса, а другой человек, — стал объяснять Федосов. — При этом должны быть соблюдены все детали обряда.

— Но моего сына знают соседи и родственники! — изумился Исхатов-старший.

— По имеющейся у нас информации он давно не был дома, — сказал Федосов. — К тому же двойник очень похож. Мы со своей стороны тоже примем меры.