— Ну что, снова будем молчать? — следователь по фамилии Юсупов, круглолицый крепыш, открыл перед собой папку и посмотрел на Аслана.

Вместо ответа Аслан снова пожал плечами. Уже неделю он отказывался говорить. Вопреки ожиданиям его не только не били, никто даже не повышал на него голоса.

— Как ни крути, это все равно мне зачтется в общий срок, — сказал он, ловя на себе одобрительный взгляд адвоката.

— Значит, не отрицаешь, что виновен? — ухватился за ниточку Юсупов.

Вместо ответа Аслан пожал плечами.

— Назовите свое имя и фамилию, — потребовал Юсупов.

— Иса Исхатов! — представился Аслан именем мертвого бандита.

— Давно бы так! — обрадовался Юсупов и стал записывать в протокол ответ.

— Год рождения тысяча девятьсот девяносто первый, — продолжил Аслан, восстанавливая в голове биографию бандита. — Уроженец села Очхой-Мартан…

— …Очхой-Мартан, — проговорил Юсупов, старательно заполняя протокол допроса. — Мы это, конечно, знаем. Но положено, чтобы задержанный сам это сказал.

Аслан вздохнул и со скучающим видом уставился в стену в ожидании следующего вопроса.

— Для каких целей вы захватили в заложники наших сотрудников, — Юсупов заглянул в папку: — Майора Джабраилова и старшего лейтенанта Утугова?

— Собирались обменять на своих людей, — ответил Аслан. — Один сидит в этом следственном изоляторе. Второго уже осудили и переправили в Ростов.

— Ильясов по кличке Таран и Сулеймонов, которого в ваших кругах называют Сатана? — Юсупов уставился Аслану в глаза.

Вместо ответа Аслан кивнул.

— Неужели вы рассчитывали, что их отпустят? — не поверил Юсупов.

— А разве нет? — удивился Аслан.

— Теперь, конечно, я могу позволить себе быть с тобой откровенным. — Юсупов откинулся на спинку стула. — В таких случаях никогда не идут навстречу террористам.

— Мы не террористы! — Аслан заиграл желваками, делая вид, будто оскорблен его словами.

— Мы освободители своей земли от оккупантов и предателей, которые им служат.

— Я, по-твоему, предатель? — прищурился Юсупов.

— Ты понял, что я хотел сказать, — озлобился Аслан, окончательно войдя в роль.

— Умрешь, как собака, в тюрьме! — заверил Юсупов.

— Это мы еще посмотрим! — Аслан усмехнулся, уверенный в своих словах.

— Не надо оскорблять моего подзащитного, — напомнил о себе адвокат. — Я заявляю протест!

— На что ты надеешься? — вконец разошелся Юсупов, не обращая внимания на замечание. — Думаешь, что возьмете реванш? Никогда этого не будет. Таких, как ты и твой дружок Доку Гаджиев, используют для того, чтобы заработать деньги!

— Если не знаешь, мы сами платили боевикам! — выкрикнул Аслан и сморщился от боли.