Сажусь в машину, включаю музыку и уже хочу выезжать, как телефон начинает звонить. Номер не определился, значит, я не знаю звонящего.

Я долго не могу решиться ответить.

Что если Антон каким-то образом смог узнать, что у него есть дочь?

Быть такого не может…

Хотя… Я же думала, что и изменить он мне не сможет никогда, что любит меня, а оказалось всё совсем не так…

Я беру трубку, нажимаю на кнопку ответа и негромко произношу: — Слушаю.

— Поля, прости, что с новой симки звоню. Забыл тебе совсем сказать, что поменял номер, чтобы этот был только личный и всегда находился на связи, — слышу голос Кирилла и выдыхаю.

Я надумала себе все эти страхи, но они стали мощным толчком. Если я буду жить вместе с Кириллом и стану его женой, Антон вряд ли задумается когда-то, что Ева его. Потому что дочь родилась практически полной копией меня. Единственное, что ей досталось от отца — родимое пятно на плече, но он никогда не увидит его.

— А я уже успела испугаться и подумать, что кто-то решил домогаться! — пытаюсь перевести всё в шутку я.

— Скажешь тоже! Хотя… Насчёт последнего я не против. Но я помню, что у тебя дочь болеет. Кстати, если не запретишь, я заеду вечерком?..

Кирилл замолкает, а сердце ударяется о грудную клетку, в то время, когда сознание подкидывает мысль о том, что это мой шанс двинуться вперёд.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Не запрещу… — улыбаюсь я, хоть он этого и не видит.

— А ты сама хочешь, чтобы я приехал?

Наверное, ему нужно, чтобы я пригласила, но я не умею быть пока такой же ласковой, как раньше. Сейчас я скорее похожа на кошку, которую вышвырнули на улицу, и теперь она не доверяет никому. Даже тем, кто пытается накормить и приласкать.

— Хочу! — отвечаю я негромко, но больше ничего не добавляю.

Наверное, я просто разучилась говорить красиво.

Наверное, Антон просто взял и убил во мне всё хорошее своим ударом.

И самое смешное то, что все эти четыре года он даже не пытался найти меня и оправдаться. Радовался, наверное, что я ни копейки не попросила у него при разводе. Скорее всего, он с облегчением вздохнул, что не придётся выкидывать меня, такую жалкую жёнушку на улицу. И теперь припеваючи живёт со своей новой семьёй.

— Значит, я приеду после работы! Если нужно будет что-то купить, скажи. Ладно?

— Я люблю тебя, Поль!

Меня пробирает до мурашков от этих слов, но я по привычке шепчу:

— И я тебя! До вечера!

— До вечера! — отвечает Кирилл, а я не позволяю ему сказать ещё что-то и отключаю телефон.

Смотрю в одну точку на руле и не могу понять — что со мной не так?

Полина и понятия, наверное, не имела, как много для меня значат её слова.