Потом на костре закипала уха, в стаканчиках плескался портвейн, жарилась на прутах ароматная колбаса. Они пировали, и Ленка с удовольствием смотрела, как ловко Виталик разбирает до косточек костлявого окуня.

А потом они долго целовались, и Виталик уверенно и нежно «разбирал до косточек» Ленку. Они оставались ночевать в искусно сделанном Виталиком шалаше, на мягкой траве, среди душистых березовых листьев и не спали ни секундочки.

Ленка забыла Сашку, как и не было его никогда.

Сашка перестал писать, словно понял, в чем дело. А, может быть, друзья разъяснили, что к чему – в маленьком городке все видно как на ладони. Лена слышала, каково приходится ребятам в армии, после того, как невеста бросала своего солдатика. Но… Какое ей теперь было дело до этого – семимильными шагами они с Виталиком шли к свадьбе. Он все решил: останется в городе, устроится на работу в соседний совхоз, в пяти километрах от города.

Поселок образцового содержания активно развивался – строились новые дома с просторными квартирами, спорткомплекс с бассейном, детские сады, школа. Молодые семьи могли получить отличное жилье – никаких очередей!

Лена не хотела уезжать в село. Виталик только смеялся:

– Нашла, за что цепляться – за комнатку в клоповнике! Глупая! За этим совхозом – будущее!

А она держалась за этот «клоповник» из последних сил. Спроси – почему? Она и ответить не смогла бы. А ведь тесно стало жить в маминой комнате. Виталик часто оставался ночевать, не уходил в свою общагу. Мама, соблюдая «приличия», стелила ему на диване. Утром с удовольствием слушала, как Виташа громко фыркал, умываясь на кухне, кормила его кашей и оладьями, вручала выстиранную и отглаженную спецовку. Виталий громко смеялся:

– Мама, ну что вы? Я ее через пять минут всю в мазуте уделаю!

Но Анна Николаевна не слушала. Как и когда она умудрялась стирать и сушить одежду, чистить башмаки до блеска – непонятно. И поэтому Виталик приходил на работу щеголем.

Анна старалась порадовать Виташеньку не только по доброте душевной. Все-таки, завидный жених: зарплата хорошая, перспективы, не прощелыга какой-нибудь, вроде бывшего муженька, алкаша и бабника. Все у Виташеньки просчитано и распланировано. Шутка ли, квартиру сразу дадут. Непонятно, что Лена сопротивляется: здесь, в городе, наверное, до смерти придется ютиться в этом вшивом бараке. Никому никакого дела нет, что она, Анна Николаевна, ветеран и инвалид войны. Все тут ветераны и инвалиды, а жилой фонд – не резиновый. А в совхозе – красота. До города – пять минут на автобусе. Что это она, в самом деле? Столицу какую нашла. Избалованная дочка, избалованная…

День свадьбы был назначен на двадцатое декабря. Хорошая дата, предновогодняя, праздничная. Решили гулять в столовой, в большом, с лепниной на потолке, зале.