— Но я поспрашивала аккуратно. Это знатный купец с серьёзной репутацией. Вряд ли…

— Я понял, — прерываю на выдохе. — Ешу ждём. Должна была взять след.

Нелли уже доложила, что её объект оказался владельцем элитного публичного дома. Она тоже прождала там какое — то время, хвостом покрутила, круги навернула, расспросила рабынь и вернулась ещё час назад. Призналась, что ей тоже предложили поработать. Причём горделиво так.

Все замотались за день и изголодались. А деваться некуда, иначе гарпия нас не найдёт. Отсюда Еша вылетела на поиски лодки, сюда и должна явиться.

Конечно, с бодуна я её поднял конкретного. Храпела на весь Утёс в башне, еле растолкал вообще.

— Поищите таверну, — предлагаю девушкам. — А я подежурю.

— Я поела, — призналась Нелли, сделав виноватое личико. — Вкусные булочки нашла на рынке.

— Вкусные булочки, — тихо передразнила суккубка.

— Чего сказала⁈ — Взъелась сразу Нелли.

— Вкусные у тебя булочки, говорю, сдобные, — стебётся Имира над «кошечкой».

— То есть ты хочешь сказать, что я жирная?

— Так, всё, — развожу по углам.

— Есть таверна через пару улиц, мы проходили, — предлагает Ольви.

— Я видела стражу, нас ищут, людей опрашивали, — говорит Имира.

— Здесь мы ещё подозрительней смотримся, — констатирую, поглядывая на суккубку, которая со своими огненно — рыжими волосами, будто альбинос в африканском племени.

Хотя дело даже не в ней. Четыре господина в ночи ошиваются на пустыре у набережной ночью. Вокруг малолюдно и темно. Факела горят на пирсе, из окон ближайших домов тусклый свет бьёт, вот и всё освещение, мы в заднице. И что — то явно затеваем.

— Что вам мешает прошвырнуться на Утёс? — Развела руками Нелли.

— Ты завалишь всё дело, — язвит суккубка, откровенно докапываясь. — Тебя оставлять здесь одну нельзя. Днём булочки, вечером заманит ворьё на сладости и отнимет хвост на воротник,

— Может, поспорим? — Вздыбилась «кошечка».

— Может, ещё булочку? — Ржёт суккубка.

— Ты злишься, что я не взяла и тебе, — заключила Нелли, скрестив руки на сочной груди. — Очень вкусная, с хрустящей корочкой, ммм. Ты бы язык свой дрянной съела, и не подавилась бы.

— Я булки не жру, чтобы задница не раздавалась, как у некоторых…

Ольви даже отступила и отвернулась, чтобы не смотреть на этот детский сад.

— Короче, рты закрыли, а то на Утёс обеих перенесу, даже вякнуть не успеете, — прорычал.

И заметил, что к нам двое невзрачных мужичка приближаются. Вроде не рабы, но и до купцов далеко.

— Прохлады и свежести, господа, вам охрана не нужна случаем? — Спрашивают откровенные дрыщи, да ещё так вызывающе.

— Валили бы вы отсюда, — хмыкнула Нелли заведённая.

— Вам самим охрана не помешает, задохлики, — бросила Имира.