Через несколько минут, сидя рядом с ним в темно-синем «ровере», Керри попыталась расслабиться и насладиться непривычной роскошью. Но это ей не удавалось. Каждый ее нерв был натянут от ощущения близости человека, находившегося за рулем. Когда они садились в машину, он помог ей пристегнуть ремень, и девушка все еще продолжала чувствовать прикосновение его пальцев, когда оба они одновременно взялись за пряжку. Подняв глаза, она увидела его лицо на расстоянии всего лишь нескольких сантиметров от своего собственного, и на одну-две бесконечные секунды, пока длилась эта встреча серых и зеленых глаз, весь мир для нее, казалось, замер в неподвижности. Потом он слегка улыбнулся и отодвинулся. Керри не сомневалась, что ее не оставшееся незамеченным смятение просто позабавило его.

Из-за пробок ехать приходилось медленно. Начиная от Кембридж Серкус, Райан держался в стороне от больших магистралей, обнаруживая знание маленьких улочек, какому позавидовал бы любой таксист. Миновав мост Блэкфрайерс, они поехали по Уолвортроуд, пока Керри не указала ему нужный поворот.

Когда машина остановилась возле высокого узкого дома, девушка дорого бы дала, чтобы просто выскочить из автомобиля и, поднявшись по закопченной лестнице, раствориться в небытии. Но до этого нужно было еще отстегнуть ремень и еще раз выразить свою благодарность.

Райан, похоже, не слышал ее. Он не сводил глаз с вереницы домов, тающих в сгущающемся сумраке.

– Я словно вернулся в прошлое, – сказал он тихо. – Как будто я жил на этой самой улице, когда снова приехал в Лондон из Бретфорда, только та улица была где-то в Блумсбери. Даже магазин на углу совсем как там.

Трудно поверить, думала Керри, что этот человек мог быть не таким, каким был теперь. Успех настолько стал частью его образа, что ее воображение отказывалось воспринимать нарисованную им картину.

– Это правда, – сказал он. Девушка поняла, что он взглянул на нее и прочел ее мысли у нее на лице. – Все мы начинали где-то. – Тон его стал менее серьезным. – Вы идете по моим стопам, Керри. Не подведите меня.

Каким-то образом, сама не зная как, Керри оказалась на тротуаре. Она захлопнула дверцу, увидела, как он небрежно махнул рукой на прощание, а затем машина тронулась и быстро скрылась из вида. Гул мотора слился с шумом движения на ближайшей улице.

Вот и все, подумала она уныло. За мостом он уже забудет о моем существовании.

Когда Керри вошла в обшарпанный холл с выцветшими обоями и холодным кафельным полом, в нос ей ударил запах жареного лука. На площадке второго этажа запах усилился; он доносился из открытой двери справа, оттуда появился высокий нескладный молодой человек в обшарпанных брюках и толстом желтом свитере.