— Спокойной ночи, лира Айрис, — пожелал мужчина на прощание, задержался на мне ненадолго взглядом, затем едва ощутимо прикоснулся губами к запястью и, выставив маячки, оставил меня одну. Его не пришлось об этом даже просить.

Я села на кровать, положила шкатулку на колени, перевела дыхание и сдвинула защелку. Крышка не сразу поддалась, пришлось немного помучиться. Первое, что бросилось в глаза, когда она открылась, адресованное мне письмо, сложенное в несколько раз. Торопливо развернув дрожащими пальцами пожелтевший листок, с волнением принялась читать.

Айрис, девочка моя,

Если ты сейчас читаешь это письмо., значит., меня уже давно нет с тобой рядом, а дар пробудился. Ведь только он и человек, которого я долгое время считала другом, могут потревожить твои воспоминания Я собираюсь поставить на них блок, а свои местами и вовсе стереть, как только мы спрячем артефакт., чтобы уже никто до него не добрался, кроме тебя., мой цветочек."

"Возможно, заключив сделку с одним из виновников своей смерти, я совершила самую огромную ошибку в жизни, но поступила так, Айрис, только из любви к тебе. Ведь никакие сокровища мира не стоят дороже жизни. Жизнь — бесценна. Думаю, ты не раз задашься вопросом: почему я завещала все ему. а не тебе? Будешь искать в моем поступке какой-то подвох, оправдания. Не ищи, не надо… Я сама на это пошла, без чьего-либо давления, сама отдала Томасу все, что у меня есть, в обмен на твою безопасность. К сожалению, я слишком поздно поняла, что наш брак не случаен, а жить мне осталось уже недолго. Попросить же позаботиться о тебе было некого. Мой отец ни за что бы тебя не принял. К сожалению, он так и не простил меня, сколько его ни умоляла. Вдобавок ко всему еще и маму мог выгнать на улицу без медяка в кармане, если бы она попыталась на него набавить Она и так каким-то образом нашла Контана, заплатила ему огромные деньги, чтобы тот взял меня уже беременную замуж. Арчер же наверняка до сих пор не знает о твоем существовании. Да и мои письма странным образом больше не доходят до адресатов Думаю, и тут не обошлось без Джонатана, взявшего ситуацию полностью под свой контроль.

Пусть целитель и говорит, что причина моего недуга не ясна, я уверена, что мое сердце давно находится во власти опухоли, вызванной принамом — одним из самых коварных ядов, существующих во всем мире. Почему так поздно распознала? Наверняка над ним поработал Джонатан — выдающийся алхимик. Ведь симптомы были несвойственны для подобного отравления. Кто, когда и как это делал, теперь уже не важно. Время вспять не повернуть, как и не обратить действие яда.