- Что такое? – Казалось, от ее вездесущего взгляда не ускользнуть.

- Нет. Ничего. Все в порядке. – Стараясь говорить как можно непринужденней, Нестеров вытащил руки из-за спины и, чтобы побыстрей сменить тему, предложил.

- Хочешь что-нибудь выпить?

Алиса не отказалась и, проследовав к бару, оборудованному в импровизированной нише в углу спальни, Максим извлек на свет бутылку красного вина и два бокала. Воспользовавшись штопором, мужчина в мгновение ока справился с пробкой.

- Вуаля. Красное вино для самой прекрасной. – Он красиво протянул ей наполовину наполненный бокал.

- Спасибо. – Алиса встала и, подойдя ближе, приняла вино из его рук. Она ждала, когда Нестеров нальет и себе вина, но мужчина, взяв пустой бокал вдруг вместо того, чтобы поднести его к бутылке и наполнить красной жидкостью, выпустил из рук. Бокал бесшумно упал на мягкий белый ковер, а Максим чертыхнувшись, поднял его и медленно поднял глаза на Алису.

Руку словно судорога свела. Мышцы напряглись до такой степени, что даже пальцы нелепо сжались. Проклятая опухоль развивалась настолько стремительно, что ему даже страшно стало.

Сразу на ум пришли недавние слова Лекса о возможных печальных исходах его болезни. Пророк хренов.

- Что с твоей рукой? – Между тем воскликнула Алиса и, схватив его за ладонь, принялась растирать скрюченные пальцы.

- Все в порядке. – Только и мог выдавить из себя Максим. Ему вдруг стало так неловко и стыдно, что он не знал, куда глаза девать. Ну и пусть Покровская говорила, что в начале его болезни виновата она, но ведь теперь болеет он сам, доставляя неудобство и страдания дорогим людям.

- Я вижу, что все не в порядке.

– Бережно растирая его руку, Алиса едва не плакала. – Когда это у тебя началось?

И вдруг судорога прошла сама собой, словно ее и не было. Как по мановению волшебной палочки.

- Все уже прошло. – Мягко заверил ее Нестеров, пытаясь освободить руку.

- Я не спрашиваю, прошло или нет, я спрашиваю, когда это началось? – Продолжала настаивать Покровская.

- Не помню уже. – Мужчина пространно пожал плечами.

- Максим. Хочешь поссориться со мной? – Интонация, с которой Алиса это произнесла, не предвещала ничего хорошего.

Вздохнув, он все-таки налил себе вина и, приподняв бокал в сторону Алисы и пожелав ей здоровья, одним глотком опустошил его.

- Когда мы отправились в Париж за Лексом. – Ему ох как не хотелось признаваться, но и ссориться с Покровской тоже не хотелось. - После той нашей ночи в гостинице. Когда я утром проснулся, несколько минут вообще не чувствовал руку, а потом все само собой нормализовалось.

- И ты молчал все это время? – Возмущению Алисы не было предела.

- А что я должен был делать? – Пространно пожал плечами Максим.