– Привет, – мягко улыбается, протягивая мне презент. – Извини, мне следовало набраться терпения. Дать тебе время привыкнуть к новому месту. Я вел себя как мудак.

Я сглатываю, кладя телефон на стол и принимая розу.

Поднимаю лицо, смотрю в сияющие глаза мужа и проклинаю его за это. Лучше бы он продолжал психовать. Было бы проще убедить его, что мне нужно остаться.

– Мама нас уже ждет. Поехали.

– Степ, – произношу я и откашливаюсь от застрявшей в горле хрипотцы, – тут такое дело… – Вздохнув, поднимаюсь из-за стола. – Я не могу поехать. У меня педсовет на носу и… в семье одного ученика горе случилось.

– В смысле? – Улыбка сходит с его лица, брови съезжают на переносицу. – Мы же договорились. Мама там хлопочет, нас ждет. Педсовет тебя каким боком касается? Речь о себе в пяти предложениях составить? Это недолго. А к горю в семье ученика ты какое отношение имеешь? Чем поможешь?

– Степ, там все сложно. Мальчик под опекой. Он фактически сирота при живых родителях, а у него сестра…

– Понятно! – рычит Степа, делая шаг назад. – Ты и не собиралась ехать. Я еще вчера это понял. Причину искала.

– Нет! – спорю я. – Ты же знаешь, я…

– Пф-ф-ф… – выдыхает он.

 – Хватит! У меня твои оправдания вот где! – Степа подставляет ребро ладони к горлу. – Я, как после травмы стал меньше зарабатывать, так ты и забычилась. Ничего, дуйся-дуйся. У меня в понедельник занятия с особенным спортсменом начинаются. Они хорошую спонсорскую помощь нашему клубу принесут. Посмотрю я потом, как ты запляшешь, когда опять будешь себе из заграницы шелковые платочки заказывать.

– Степ, что ты такое говоришь? – с обидой выговариваю я. – Ты делаешь мне больно. Я никогда не упрекала тебя в деньгах.

– Да у тебя на лице все написано! Короче иди на хер, Дашка! Один поеду! – Он выхватывает у меня розу, сминает ее лепестки и выбрасывает в мусорную корзину. Зло взглянув на меня, выметается из кабинета и хлопает дверью так, что окна сотрясаются.

Я вздрагиваю, растерянно глядя на дверь. Всего ожидала, но такого… Сейчас даже не могу оправдать его. За год пора бы оправиться от травмы и свыкнуться с тем, что как раньше уже не будет! Но я-то тут при чем? От досады уголки глаз начинает щипать. Сегодня явно не мой день.

Я обдуваю лицо ладонями, чтобы не разреветься.

Глубоко вдыхаю, собираю сумку, выключаю компьютер и беру плащ. Когда выхожу из школы, вижу, что наша машина все еще стоит на парковке. Степа сидит за рулем, ждет. Знает, что я собачонкой за ним побегу, лишь бы он не обижался. Но чем я провинилась? Может, это карма? Не стоило мне думать о Чеховском и переступать границы дозволенного. Или Степа всегда таким был, просто я не хотела этого замечать?

Выхожу за ворота, и он заводит машину. На непослушных ногах доплетаюсь до нее, открываю дверь, но не сажусь.