Что я творю? Мне следует пожаловаться Елене Михайловне, если не послушает – пойти в высшие инстанции. Но что тогда? Чеховской опять выйдет сухим из воды. Все, абсолютно все сочтут его просьбу позаниматься с мальчиком плаванием совершенно нормальной. Я подпорчу репутацию, лишусь работы, а самое ужасное – Степа из-за меня бросится на амбразуру. Я совершенно безоружна и связана по рукам и ногам. Не могу рисковать мужем. Проще подчиниться Чеховскому, а может даже… подружиться. Если Лучиана озвучила правду, то слабое место ее дядюшки я сумею найти через близкие отношения.

Сделаю вид, что принимаю его игру, а сама буду присматриваться, залезать в него глубже, чем он в меня.

Ты рано радуешься, Роман Алексеевич. Кто-кто, а я тебе не по зубам.

Держу пари, Бабочка уверена, что она мне не по зубам. Храбрости где-то набралась, зубоскалить начала, взглядом жечь. Но неужели, радость ты моя наивная, ты не понимаешь, что перед Романом Чехом все двери открыты? А дверь в твое сердце, если не откроется, ногой вышибу, ворвусь и замурую себя внутри. Навечно.

Проводив ее взглядом, переключаюсь на Фазу.

– Как доехали? Сопротивлялась?

– Опоздала.

Подозреваю, ждала, что за ней поднимутся, – докладывает он.

– А Лучик? «Жучок» сработал?

– Все чисто. Ни с кем за день словом о вас не обмолвилась, никакие сомнительные диалоги не вела.

– Завтра еще послушай.

– Сделаю, – кивает он. – Я могу идти, босс? Хочу «гелик» на мойку загнать.

– Ты там не торопись с мойкой. Пусть пропылесосят хорошо, панель натрут.

Фаза отправляется к машине, а я возвращаюсь в дом. Сразу иду в бассейн. Надо же проверить, не утонул ли там мой говнюк, пока я тут его училку обрабатываю.

Снимаю кроссы, майку и трико, поправляю резинку плавательных трусов и прыгаю в воду. Прохладная. Бодрит. После тренировки и вовсе кожу покалывает.

Немного дурачусь с развалившемся на надувном матрасе Артуром, но забываю о нем, как только под куполообразной крышей появляется она – моя Бабочка. В полупрозрачном парео выше колена, она проходит вдоль бортика, плавно ступая босыми ногами по полу, и улыбается моему пацану:

– Как дела, Арти? Не забыл, какой счет я просила повторить дома? Завтра буду спрашивать. – Она переводит взгляд на меня, поплавком болтающегося на поверхности, и чуть сощуривается.

 – Как вода?

– Спускайтесь. Сами узнаете. Дарья. Николаевна.

Сопроводившая ее Лучиана разворачивается к шезлонгам.

– Ты почему не в купальнике? – бросаю ей вслед.

– Я что, дура, в сентябре купаться? Ничего личного, Дарья Николаевна.

Эта девчонка с ума меня сведет. Приглашу-ка я на выходных доктора. Пусть осмотрит ее. Со склонностью нашей семьи к болячкам не хватает только, чтобы она заболела.

Краем глаза замечаю, как соскальзывает с Бабочки парео.