— Необходимость стрельбы я еще понимаю, а метание-то зачем?

— Да это мое личное хобби.

— А спорим, что Стефан лучше тебя ножи кидает? — Артём улыбался, хитро поглядывая на друга детства. Ещё бы ему не знать, как Стефан кидает ножи. Провокатор! Это не честно, хотел сказать парень, но увидел, как Артём заговорщицки ему подмигивает.

— Я лет десять, как практикую, ещё с армии. У твоего друга мало шансов. Я маленьких не обижаю.

— А давай, кто проиграет, сегодня голышом искупается в пруду!

— Тём, пожалей своего друга, вода ещё холодная! Только самая середина мая, изверг!

— То есть, ты согласен? — мужчина довольно закивал. — А ты, Стефи?

— В вашем пруду я купаться не хочу, но попробовать согласен. Вот только ножи я забыл в комнате.

— Обижаешь, парень! У меня тут все есть! — Жека полез в ближайший шкаф и вытащил деревянный полированный ящик. Положил на стол, открыл и гордо отошел в сторонку. Стефан подошел, заглянул и улыбнулся. Дюжина острых стальных метательных ножей, любовно уложенных в держатели. Он вытащил пару небольших клинков, проверил балансировку. Стальные осколки так и залипли в руку. Великолепно! То, что надо! Положил на место и показал большой палец довольному Жеке. У самого Стефана в вещах хранились четыре метательных небольших клинка в тонкой кожаной оплётке в двух кассетах, чтобы крепить на щиколотки. Но любил работать парень больше всего с двумя армейскими ножами. У него на всё это добро даже было официальное разрешение на ношение.

— Жека, ты первый бросаешь, — сказал Артем, предвкушающе закусывая нижнюю, чуть пухлую губу. Шельма!

Мужчина вытащил шесть ножей, на остальные кивнул Стефану, выбрал самую дальнюю отметку для метания и… показал мастерство. Ножи легли точно в центр, легко, быстро, один за другим!

— Очень неплохо, Евгений Петрович! — похвалил его Стефан.

— На работе и при посторонних будет Евгений Петрович, а так называй меня — Жека. А то рядом с вами чувствую себя старым дяденькой.

— Уговорил. Ну что, теперь моя очередь? — и Стефан аккуратно всадил свои ножи рядом с ножами, брошенными Жекой.

— То ли ещё будет! Стефи, сыграем в Вильгельма Телля и его сына?

— Тём, не чуди! Даже я так не рискую. Я в человека только попасть могу, привычка, знаешь ли. Это не мои игры!

— А мы вот с юности так поигрываем, — томно вздохнул засранец, и умоляюще посмотрел на друга. — Стефи, ну пожалуйста! А то я позвоню дяде Яну и скажу, что он плохо учил сына!

— Шантажист ты, Тёма. Иди и становись. И даже не рыпайся, шило!

— Да помню я! Буду паинькой, мне моя шкурка дорога.

— Парни, не балуйте! Эй! — взволновался Евгений Петрович.

— Всё будет хорошо, — Стефан вытащил все двенадцать ножей, покрутил и в руках оставил девять, остальные положил на место.

— Вы меня доведёте до нервного срыва.