– Стесняюсь спросить, но все же я спрошу, ибо мне очень интересно, за что я должна извиниться!

Он прошел вглубь кабинета и остановился возле стола. А я прикладывала все свои усилия, чтобы держать лицо перед ним, достаточно было того, что он сумел меня вывести из себя в кафе.

И хотя сейчас полной владелицей компании была я, хозяйкой в этом кабинете рядом с Русланом себя не чувствовала. Надо же, достаточно только одного его присутствия, чтобы я снова почувствовала себя обычной работницей.

– Ты разговаривала со мной грубо и абсолютно ни за что послала меня к черту, – спокойно, в отличие от меня, ответил Руслан.

Он присел на свое, теперь уже мое место и начал разглядывать все, что есть на рабочем столе, где были разбросаны некоторые мои вещи из сумочки. Я так психанула, когда вернулась из кафе, что бросила сумку на стол и из нее выпали мои вещи: заколка, красная помада, обезболивающие таблетки и кольцо, обручальное кольцо, то самое, что когда-то подарил мне Руслан. Но я так зла была, что не обратила внимания на все эти вещи, когда, сложив руки на груди, начала уверенно произносить свою речь.

– Ну, начнем с того, что, во-первых, это ты первым начал грубо разговаривать со мной, как будто я для тебя чужая…

– А разве нет?! – он поднял взгляд и выгнул вопросительно бровь.

Вот тут он меня застал прям врасплох.

– Что? – тихо переспросила, хотя с первого раза поняла, о чем он.

Руслан кивком указал на стол, и я не сразу поняла, что он имеет в виду. Но потом, пробежавшись по столу глазами, заметила кольцо и поняла, что он хотел сказать. Не знаю, почему не вернула кольцо при разводе, но понимаю, что я и сейчас не хочу ему возвращать его. Быстро подошла к столу, для того чтобы забросить все обратно в сумку, но Руслан успел перехватить ее.

– Не беспокойся, я сам, а ты пока можешь продолжить.

– Ты о чем? – я не могла сейчас думать ни о чем, кроме своего кольца. Что он задумал?

– Про то, что во-первых, мы уже поняли, что там во-вторых?

Первой он взял в руки мою заколку и начал изучать ее, будто она могла заинтересовать его. Потом таблетки, разглядывал, читал, что там написано, и с важным видом задал вопрос:

– Все еще мучают боли при месячных?!

О боже! Не могу поверить, что он сейчас именно об этом спросил! Я и в браке с ним стеснялась о таких вещах говорить, всего лишь один раз призналась, что держу в сумке всегда обезболивающие для этих дней, когда он увидел, что я их оттуда достаю. Он начал задавать всякие вопросы на эту тему: что, как и почему. Специально, чтобы меня смутить. Он признался, что любит на меня смотреть, когда я смущаюсь. И сейчас, я уверена, он специально так делает, потому что я выдала точно такую же реакцию, как и тогда. Я горю от смущения и не знаю, куда себя деть.