Один из негров прислушался и уловил знакомый мотив «Девочки из диско».

– А у них неплохо получается, – одобрил он. – Эти белые, похоже, не лишены чувства ритма. Так и подмывает пуститься в пляс.

Римо сказал неграм, что они могут вернуться в Норфолк с помпой.

– Берите эти машины и поезжайте, никто их не хватится в ближайшее время.

Негры, включая брата Руби, кинулись к «роллс-ройсам».

– Люшен! – окликнула его сестра. – Разве ты не хочешь поехать с нами?

– Черта с два! – крикнул он ей через плечо. – Я поеду в этой классной тачке.

Руби повернулась к Римо.

– Пожалуй, когда он работал на конвейере, то нравился мне больше, – призналась она.

Машина, которую вел Римо, прибыла в Норфолк раньше других. Руби пригласила спутников к себе наверх, чтобы сообщить матери добрую весть.

– Мама, Люшен возвращается домой! – крикнула она уже с порога.

Ее мать сделала глубокую затяжку из трубки и выдохнула зеленоватый дым.

– Что он делал эту неделю? – спросила она, не отрывая глаз от своих просторных домашних туфель.

Мать резко вскинула голову.

– Это точно быть Люшен?

Потом она перевела взгляд на Римо и Чиуна, будто только теперь заметила их присутствие.

– Тот парень, что вы оставлять здесь... Я стараться поправлять ему плечо. Но он ушел жить... гостиница. Я не знаю.

– Чего не знаете? – не понял Римо.

– Если он доктор, почему не умеет лечить свой рука?

– Это не такой доктор, который лечит.

Миссис Гонзалес кивнула. Глубокие борозды морщин на ее темном лице обозначились еще четче.

– Я не знать... Думал, умеет лечить.

– Где он теперь? – спросил Римо.

Римо оглянулся на Руби, рассчитывая на ее помощь. Та увлеченно разговаривала с Чиуном в углу комнаты. Римо заскрежетал зубами.

– Руби! – сердито окликнул он девушку.

– Смит живет в «Холидей-Инн», – сказала она. – Поезжайте туда вдвоем, а я приеду позднее – мне надо позаботиться о маме.

Смит сидел у себя в номере на стуле с прямой спинкой и просматривал газеты. Помещение выглядело так, будто оно только что сошло со страниц герметически запечатанного каталога «Сиарс»: казалось, сюда не заходила ни одна живая душа. Глядя на изможденное лицо полуживого Смита, Римо подумал, что, пожалуй, это недалеко от истины.

– Как ваша рука? – спросил он.

– Думаю, что к завтрашнему дню я уже смогу смыть ту зеленую дрянь, которую положила мне старая женщина, невзирая на мои протесты. К доктору я обращаться не рискнул.

Чиун расстегнул на нем рубашку и стащил правый рукав, чтобы осмотреть рану. Он ощупал плечо и удовлетворенно кивнул.

– Эта «зеленая дрянь», как вы ее называете, сделала свое дело, – сказал он. – Надо будет узнать, как ее приготовляют. Рана заживает нормально.

– Что там во Флориде? – осведомился Смит, застегивая пуговицы на груди.