Не случается никаких непредвиденных форс-мажоров, все идет по плану. Паша разрезает на камеры красную ленточку, вручает ключи первым жильцам, идет осматривать детский сад, который наша компания построила вместе с жилыми домами. Потом у Паши пресс-подход для журналистов, где он рассказывает о том, что «Стройкапитал» застроит целый микрорайон на десять тысяч человек. Вопросы у журналистов, к счастью, нормальные, никто не пытается завалить Пашу заявлениями типа того, что мы строим человейники, в которых невозможно жить.

Мероприятие длится полдня. На протяжении всего времени Паша коммуницирует со мной, как обычно.

Я обращаюсь к нему по имени-отчеству, он задаёт какие-то вопросы по таймингу, дает небольшие поручения. Ничего необычного. Как будто не было вчера откровенного разговора, объятий и поцелуя.

Он уже забыл? Или это для него ничего не значило? Как он может быть так спокоен и занят работой, когда мы вчера чуть было не сгорели в огне взаимного влечения?

В два часа дня мероприятие заканчивается и Паша уезжает по другим делам. Мое настроение сразу летит в пропасть. Хотя чего я ждала? Что Паша пригласит меня в ресторан? Что мы поговорим о том, что было вчера? Конечно же, нет.

Севастьянову это не нужно. И вообще, у него есть Анжела, а у меня Рома.

При воспоминании о муже мне становится еще хуже. Стыд накатывает волнами за то, что, находясь в браке, постоянно думаю о Паше. Совесть долбит, словно дятел по дереву. Я хоть и оттолкнула вчера Пашу, а все равно на секунду он коснулся своими губами моих. Да и в целом все, что вчера было в его номере, легко подпадает под определение слова «измена». Пусть не физическая, но духовная так точно.

Вечером у меня самолёт в Москву. В душе теплится надежда, что снова будет лететь вместе с Пашей, но нет. Когда перед самым вылетом я вхожу в салон бизнес-класса и не нахожу там Севастьянова, по телу разливается горечь разочарования. Он изначально планировал улетать позднее? Или поменял билет из-за меня? То, что Паша не выселился из гостиницы, я знаю точно. Несколько часов назад я встретила в лобби отеля директора регионального офиса, который торопился к Севастьянову.

Выйдя из аэропорта в Москве, я беру такси и еду не к родителям, а в нашу с Ромой квартиру.

Когда захожу, меня встречает звенящая тишина. Муж еще в командировке в Питере. Должен приехать завтра очень рано утром. Обычно я рада вернуться домой из поездок, но сейчас мне неуютно в квартире. Она как будто чужая. Хотя здесь множество моих вещей, я больше не чувствую себя как дома.

Я снова не сплю. Уже вторую ночь подряд. Сижу на кухне, поджав под себя ноги, и пью кофе кружку за кружкой. А еще думаю. Очень много думаю.

Он занял все мои мысли.