Файдар посмотрел на друга:

– Ты оправдываешь американцев?

– Я же сказал, оправдания им нет, но они использовали ситуацию, чтобы прикрыть свои грязные задницы.

– Отряд талибов уничтожен?

– Если бы! Тогда они вообще кричали бы о громкой победе, а всех погибших мирных жителей скопом записали бы в пособников террористов. И не важно, что это женщины, дети, старики. Мы для них дикари без пола и возраста.

– Значит, отряд, – проговорил Файдар, – а тебе известно имя полевого командира? – спросил он у Павара.

– Там сведения скудные. Полевой командир младшего звена совершил вылазку на север и северо-запад, вроде как подрабатывает наркотой, у него какие-то связи среди наркобаронов.

В общем, ничего конкретного.

– Но Рашид Умбар, у которого останавливались духи, должен знать, за каким чертом они приехали в провинцию.

– В этой истории есть много непонятного.

– Пусть бандой НДБ занимается.

– Тоже верно, но не совсем. Но ладно, мы немного отвлеклись. Говори прямо, капитан, что задумал?

Файдар отпил глоток чая, прикурил сигарету, проговорил тихо:

– То, что сделал бы каждый уважающий себя мужчина. Я решил отомстить американцам.

– Как? – воскликнул Павар. – В одиночку атакуешь мобильный патруль, как это было сделано у Маргина? Мы, конечно, пойдем с тобой, но янки сейчас постоянно меняют маршруты, время, усиливают патрули. Втроем их не взять даже из хорошо подготовленной засады. Или обстреляешь из гранатомета любую войсковую часть американцев? Для этого мало РПГ и выстрелов. Надо еще суметь подойти к форту на расстояние гарантированного поражения, что не так просто. Американцы защищают свои форты, как крепости. Но даже если и подойдем, ты выстрелишь, толку будет мало.

У них охранения в ДОТах, бетон выстрелом РПГ-7 не возьмешь, попасть в амбразуру шансов мизер. А в ответ получить крупнокалиберные пули легко.

– Я имею в виду другое. Мою семью уничтожила авиация. Вот и я должен нанести ответный удар по авиации. Короче, мужики, мне нужен переносной зенитно-ракетный комплекс.

– ПЗРК? Какая мелочь. Всего-то один «Стингер». Ты представляешь, что просишь?

– Я пока не прошу, я говорю, мне нужен ПЗРК, и спрашиваю: в среде торговцев Кабула можно найти «Стингер»? Это в восьмидесятые годы нашим, захватившим «Стингер», давали звание Героя Советского Союза, в конце девяностых их было в Афганистане уже более чем достаточно.

Талибы бросили много оружия, отступая в Пакистан. Где-то у кого-то что-то должно остаться.

– И осталось, – кивнул Павар, – автоматы, штурмовые винтовки, пулеметы, в том числе крупнокалиберные, и даже техника… Но ПЗРК? Или противотанковый комплекс? Такое оружие талибы не бросили.

В разговор вступил Дугани:

– Ну чего вы спорите? Есть ПЗРК.

Файдар и Павар уставились на бывшего сержанта.