— Если один представитель древнего Рода вызвал другого представителя хоть какого Рода при свидетелях, то дуэль состоится во что бы то ни стало.

— А причина? Должна же быть хоть какая-то причина, — я провёл пальцем по губам и сразу же одёрнул руку. И так с трудом отучился ногти грызть, когда нервничаю, не стоит возвращаться к дурацким привычкам.

— Оскорбление чести и достоинства, как вариант. — Ответил Егор, вздохнув. — Никто не будет спорить, что ты Денчика почти размазал, да ещё и на глазах у Лизки. Ну и все знают, что твой отец был причиной обучения Полянского на Втором факультете, а не на Первом.

И это не прибавляет ему любви к тебе.

— Я-то тут причём? — В ответ на мой вопрос Дубов в который раз уже пожал плечами. — Ладно, он кретин, но что-то действительно делать надо. Что будет, если я откажусь? Вот прямо сейчас пойду и скажу, что если ему так хочется умереть, то может разбежаться и башкой о стену долбануться, — хмуро сказал я, не отрывая от Егора пристального взгляда.

— Отказаться от магической дуэли — это опозорить свой Род и стать изгоем для общества и своего Рода. — Дубов явно процитировал какое-то правило.

— Если вызов брошен, то условия, место и время, разумеется, диктует тот, кого на это мероприятие пригласили. Что конечно может играть нам на руку. Хотя я понятия не имею, что ты можешь сделать, чтобы победить потомственного дуэлянта, без применения, хм, своих семейных навыков.

— А разве дуэли не запрещены? — я сделал ещё одну попытку отвертеться. Если бы этот придурок вызвал меня, как Лазарева, я бы даже не парился. Отказался, да ещё и морду бы ему набил. Просто и без затей. Возможно даже при тех же свидетелях, которые при вызове присутствовали.

Мою Семью и так никто не любит, и в обществе о ней не принято даже думать. И уж точно я не стал бы защищать честь козла-Казимира… Вот только на кону стоит честь Александра Наумова.

— Дуэли запрещены. Для неодарённых. У магов дуэли не только разрешены, но ещё и приветствуются. Чтобы спорщики разбирались только между собой, не вовлекая в разборки собственные семьи и ни в чем не повинных обывателей. — Пояснил Егор.

— Да скорее магам дуэли разрешили, чтобы они поубивали уже, наконец, друг друга и не мешали неодарённым жить, — пробурчал я.

— Значит, отказаться нельзя? Сам же говорил, что это позорит Род и так далее по списку. Посмотри на меня. Я единственный представитель своей Семьи и позориться дальше просто некуда, — я развёл руками.

— Но ведь ты для всех Наумов, а не… кто-то ещё, — Егор напомнил мне о том, о чём я и сам догадывался.

— Ой, да ладно. Покажи мне хоть одного человека, который не знал бы, что Саша мой приёмный отец. — Я настойчиво перебирал варианты.

— Это неважно, Дим, — Егор посмотрел сочувственно.