Она рассказала о смерти отца и о том, как удалилась в монастырь.

– Вы были монахиней? – удивленно спросила Порция. Петра попыталась объяснить о сестрах святой Вероники, но эти протестанты, похоже, были по большей части ошеломлены.

– Это твое призвание? – спросил лорд Ротгар, и Петра почувствовала сожаление.

– Быть монахиней? Нет, сэр. Но думаю, я всегда буду помогать бедным.

Пока по столу передавали холодные пироги и салаты, она рассказала о болезни матери и об отчаянных планах бежать. Когда она упомянула леди Содуэрт, Петра увидела такое же отсутствие узнавания, какое проявил Робин. Но потом маркиз сказал:

– А, невоспитанная пара? Он занимается торговлей? Она молодая и с резким голосом?

– Всезнайка, – простонал лорд Брайт и обратился к Петре: – У него действительно такая репутация.

Петра искренне надеялась, что он преувеличивает.

– Он из Бристоля, но был при дворе, – сказал ее отец, объясняя свою осведомленность. – Если леди Содуэрт помогала тебе, Петра, она заслуживает нашего расположения.

Петра с ужасом вспомнила встречу в Нувионе. Что, если лорд Ротгар узнает о встрече? Эта женщина может упомянуть Робина Бончерча из Дерби.

Как много ловушек у нее под ногами.

Но это была гипотетическая опасность, и Петра ничего не могла с ней поделать. Пока что она старалась не дать отцу причин чувствовать неприязнь к Содуэртам и представила дело так, что сбежала с мистером Коккрофтом исключительно из-за Варци.

– Коккрофт? – сказал лорд Брайт. – Не могу вспомнить никого с таким именем.

– Я тоже, – сказал Ротгар. – Но если он путешествовал почтой с двумя слугами, он должен быть довольно богат. Петра, как по-твоему? Он джентльмен или богатый торговец?

Петре хотелось бы сделать Роберта Коккрофта торговцем, но она была уверена, что позже все равно попадется на этом.

– По-моему, джентльмен, – сказала Петра.

Она колебалась. То старинное кольцо с печатью и его близкое знакомство с такими важными французскими семьями, как Гизы, да и сам он говорил о своем благородном происхождении. Но дворяне в каждой стране знают друг друга, и это небезопасно.

– Он объяснил, – сказала Петра, – что в Англии можно быть просто мистером, но высокого происхождения.

– Верно. Значит, он произвел такое впечатление, да? Коккрофт? Загадка.

– Какое лакомство для тебя, Бей, – с сарказмом заметила его сестра Хильда и, обращаясь к Петре, добавила: – Он так любит решать головоломки. Вы доставили ему огромное удовольствие.

– Возможно, он использовал фальшивое имя, – сказал лорд Бранд, вступая в игру.

– Замышляя недоброе? – предположил Ротгар.

– Не обязательно. Я знаю нескольких титулованных особ, которые предпочитают путешествовать просто, – те, кто считает, что им не нужна лишняя суета. Первый Эшарт. Хантерсдаун второй.