На зеркальной глади вырисовалось изображение богатыря, восседающего на крупном гнедом коне. Всадник появился словно из тумана, становясь все зримее и почти что осязаемее.

Должно быть, в этот момент он тоже почувствовал магический зов столь экстравагантного средства связи, поскольку, натянув удила, остановился и, засунув руку в седельную сумку, вытащил оттуда свою «мобилу».

– Ни хрена себе! – восхитился Вадим. – А как он понял, что ты его вызываешь?

– Все очень просто, – пояснила кудесница, радуясь возможности продемонстрировать чужестранцам дивное диво работы отечественных мастеров.

 – Когда я посылаю нужному мне человеку мысленный сигнал, его зеркальце начинает подрагивать и переливаться приятным мелодичным звоном.

– А, ну типа виброзвонок… – начал было Ратников, но его излияния были прерваны взмахом руки феи.

– Не мешай! Связь пошла, – одернула витязя кудесница. – Поздраву ли преславнейший королевич Элизей?

– Поздраву, матушка Делли, дочь Иларьева, – склонил осанистую голову витязь в зеркале, едва-едва не выезжая из рамы. – А добро ли в вашем дому?

– Вашими хвалениями, королевич.

Элизей чуть отклонил свой экран в сторону, должно быть, замечая в нем кого-то из нас.

– Кто там с вами поблизости, матушка Делли?

– Вот, рекомендовать хочу. Преславный одинец-следознавец Виктор Клинский, да подручный его хоробрый витязь Вадим, по прозванию Злой Бодун. Ищут нашу Машеньку, с ног сбиваются.

– Уж так ли хороши они, фея-матушка?

– Да ты мне поверь, королевич. Лучших не сыскать. Таких, как они, мертвой рукой не обведешь.

– Ну будь по-твоему, а то ведь иной раз рыба и хороша, да навар невелик.

– Прошу простить, – вмешался я, несколько досадуя на неспешную манеру беседы коренных жителей Груси. – Я бы хотел задать принцу Элизею пару вопросов.

Венценосец уставился на меня недоуменно.

– Искарь ты, может, и добрый, да белоуст совсем, в вежестве не больно дюж. К королевичу с расспросами лезешь, должной чести ему не оказавши. Негоже так, одинец! Именитый муж без вежества, что птица без хвоста.

– Прошу прощения, был не прав. Однако вернемся к следствию, – резко отчеканил я.

Не то чтобы я был не согласен со словами свидетеля, но уж обзывать меня молокососом, это уж как-то чересчур.

Тем более при исполнении служебных обязанностей.

– Скажите, пожалуйста, ваше высочество, насколько я понимаю, вы преследовали дракона от самого дворца и по сей день?

– Вестимо так, – кивнул принц.

– За это время вы видели свою пропавшую невесту?

– Ох, горе мне! Не токмо что не видел, но и хвост драконий узреть не довелось. Летит, нежить его подери, а куда летит, поди, и сам не знает.

– Угу, понятно.