Пришёл домой — тогда Борута уже переехал в леспромхозовский посёлок — и стал испытывать хвост сначала на грузоподъёмность: колесо от легковушки поднимает, мотоцикл полминуты на весу держит! Потом зацепился за потолочную балку, поднялся над полом и завис, как космонавт в невесомости. Баешник тогда случайно за­шёл к соседу и застал его висящим под потолком. Снача­ла испугался: не удавился ли? И если удавился, то как-то странно, не тем концом своего тела. А Борута ему свер­ху говорит:

— Молчи, что видел! Никому ни звука, иначе порчу наведу.

Так Баешник и узнал про хвост.

А Данила слово с него взял, спустился на пол и начал хвастаться, мол, не только тяжести поднимать, на ловкость проверил — цены хвосту нет! Чугунок из печи вынимает, стакан держит, причём может с полки достать, и вставать не надо, ложку со сто­ла берёт! Только вот почему-то не ко рту несёт, а куда-то назад, но ведь приучить можно. Единственное, холода бо­ится, ночью под одеяло лезет и спать мешает.

Одним словом, Данила оценил, что хвостатому жить гораздо легче, особенно если рукодельем занимаешься, плотницким либо столярным делом: бывает, гвоздь надо подержать, а нечем! Из колхоза он тогда уже уволился, ветеринарной работы в другом месте не найти, и Бору- та по первости пошёл шабашить.

Костыль тогда актив­но базу строил, гостевые домики ставил, а топор в руках у Данилы хорошо держался, но умел он только сейфы рубить. В бригаду плотников не взяли, и тогда он нанял­ся подсобником — лес на срубы закатывать, посколь­ку сила была богатырской. С хвостом так и вовсе кра­сота: лебёдки не надо, подкатил, затянул бревна на сруб и к другому пошёл. Только чтоб никто не видел и лиш­них вопросов не задавал, можно по ночам работать. Охо­товед не оценил трудолюбие шабашника, но, зная о его ветеринарных способностях, предложил работу егеря-со­бачника. То есть отдал под его начало всю псарню и притравочных зверей, медведей и кабанов. А ещё казённый карабин и клетку на колёсах — переоборудованный УАЗ, чтоб зверей на притраву собак вывозить. И зажил Бору- та, как бывало в Сочи, даже «Яву» себе купил, уже ново­го образца, поскольку мотоциклы по-прежнему обожал."

"Но как шила в мешке не утаить, так и хвост в штанах: кто-то подглядел, как Данила кормит медведя.

В клетку к нему он поначалу входить опасался, поэтому загибал конец хвоста крючком, ставил тазик с едой и подсовынал в кормушку. Медведь и тот смотрел удивлённо, зная, что у человека всего две руки и не бывает хвостов. И вот подсмотрели и доложили Костылю, что собачник хвоста­тый. Тот сначала не поверил, хотя Борута внешне похо­дил на обезьяну, но когда увидел хвост, кроме основной работы предложил шабашку.