Два автобуса с зелёными братьями пришло, но вот хрен одного сорвут! Нынче брусники мало, так весь зверь на подкормочных площадках жирует. Как вечер, так стол­потворение, считай, весь овёс уже потравили. Да никто зверя не шевелит, лабаза пустые стоят и ни выстрела! Для фауны благодать наступила. Не будет нынче коро­левской охоты!

— Отчего же так? — подтолкнул Зарубин и щедро на­лил ему коньяка.

На спиртное он был не жадный, поболтал в стакане, понюхал и даже не пригубил: для него была важна ин­трига и сам процесс рассказа!

— Нашлась управа и на Недоеденного, — мстительно произнёс попутчик, всё ещё интригуя. — А его предупре­ждали, добром просили! Пусть теперь убытки считает!

— Да ты скажи уж прямо! — не выдержала его жена и, распахнув дверцу, перекрестилась на ёлки, стоящие в темноте, как стрельчатые храмные купола. — Бесов на­слали! Прости, Господи!.. Собираемся по всей Пижме крест­ным ходом идти. Благочинный приезжал, благословил.

— Бесы — не материальные существа, — философ­ски заметил её муж. — Они вымысел попов, чтоб народ в темноте держать. А вот волков развелось! Но охотове­ду некогда хищников истреблять, он королевские охоты проводит, бабки зарабатывает. У Дракониной вдовы пять тёлок зарезали, две из них стельные были. Пока мы собе­рёмся покупать, всех порежут... А ты про бесов лепишь! Хоть раз их видала?

Попутчица не пожелала вступать с ним в дискуссии на тему нечистой силы и веры.

— Ты ежели охотиться едешь на базу, то сразу пово­рачивай назад. Довезёшь нас и в обратку. Охоты нынче не будет. Можешь, конечно, у нас погостить. Мы любим гостей, и дочка приедет, картошку копать...

Это уже было сказано Зарубину и ясности не доба­вило.

— Но у меня лицензия выписана! — нарочито возму­тился тот. — На медведя и кабана.

— Повесь её на сук, — заявил бывший егерь. — И воз­вращайся в свою Москву.

— А что случилось? Почему?

Попутчики заговорщицки переглянулись, и тётка об­речённо вздохнула.

Нечистая сила кругом. Видал Деда Мороза? А есть и почище!.. Как увидишь свет над лесом — знай, или ки­кимора на болоте светится, или леший вышел на про­мысел.

— Если свет, то какая же нечистая сила? — вялова­то возразил её муж. — Говорят, где нечистая, там тьма.

— Уж не знаю, кого ты слушал, — с комсомольским задором отчеканила его жена. — Но старые люди так го­ворили. Увидишь зарницы или ещё от земли свечение — нечисть ходит, себе дорогу светит. Бесовский огонь!

У попутчика было благодушное настроение, ссориться не хотелось.

— Див у нас завёлся. Точнее будет, дива. Борута гово­рил, на Дорийском болоте поселилась и живёт.

Зарубин знал про это сказочное существо, бабушка и детстве пугала, мол, не ходи один в лес, див схватит и унесёт к себе в логово, ребятишкам своим на забаву.

— Это кто? — однако же спросил он.