– Как это, Альберт? Что значит, не будет показаний? Ты снова меня кидаешь? – Варя практически вцепилась ему в грудки. – Да он же хотел тебя убить!

– Не помню такого. – Развёл руками мужчина.

– Не помнишь?! – Она встряхнула его.

Мужчина отклонился назад, чтобы не схлопотать удар по лицу.

– Альберт, пожалуйста. Я умоляю тебя! Мы обеспечим тебе лучшую защиту, только расскажи на суде всё, как было! Я готова встать перед тобой на колени!

– Прости меня, Варя. Я ведь тебя предупреждал. – Печально произнёс он, глядя ей в глаза. – Я просил тебя о помощи, я же приходил к тебе.

– И я помогу! А что изменилось-то?

– Ты сама знаешь. Свидетели умирают, и теперь у них все козыри на руках. Меня предупредили, что если хочу жить, то должен молчать.

– Тебе угрожали?! – Она встряхнула его снова. – Кто? Ты говорил с Кристиной?!

– Это неважно, прости, Варь. – Альберт горестно улыбнулся. – Я буду говорить, что ничего не помню и не знаю. Я всё забыл.

– Пожалуйста, Альберт… – Готова была разрыдаться Варя.

– Я просто хочу жить и продолжать вести бизнес в этом городе, Варь. Уж ты-то должна понимать, как устроена система правосудия.

– Да будь она проклята, эта система! – Закричала девушка. – Как ты можешь снова поступать со мной так?!

– Не лезь в это, Варь, – он попытался обнять её, но встретил сопротивление, – я тебе, как друг, говорю – не лезь! Лучше займись своей жизнью.

– Трус! – Она стала хлестать его по щекам. – Трус! Обыкновенный трус! Жалкий слизняк! – Толкнула его в грудь. – И как ты собираешься жить после этого?! Самому от себя не противно?!

– Прости, – попытался обнять её мужчина.

– Варвара Николаевна, присядь. – Попросил Олег.

День клонился к закату, а допросы Лисицына вымотали следователя окончательно. Она в который раз была потрясена тем, с каким придыханием и воодушевлением маньяк делился подробностями своих злодеяний. Единственное, что удручало девушку, это перспективы для такого чудовища, как он: если очередная экспертиза докажет его невменяемость, то Лисицын проведёт годы в психлечебнице до очередного «выздоровления», а затем снова окажется на свободе.

– Егор Максимович не объявлялся? – Спросила она, глядя на настенные часы.

– Ещё нет, ты… присядь, пожалуйста.

– И от него не было новостей? – Она нехотя опустилась на стул.

– К сожалению, нет. – Мужчина дождался, когда она сядет, затем откашлялся и сцепил пальцы в замок. – Мне нужно кое-что тебе сказать.

– Тешкин Александр Трофимович, помнишь такого?

– Да, – напряжённо кивнула Варя. – Конечно. Это тот психиатр, который насильно удерживал в клинике мою мать. Я добивалась санкции на проверку его деятельности, думала, это поможет нам в деле Майского. Возможно, этот человек как-то замешан и в смерти первой жены Андрея.