Одно дело — идти самому, с горсткой преданных людей, и совсем другое — ударить всеми имеющимися силами.

Тем более, что совершенно неизвестно ни об укреплениях, ни о силах противника. Может, старатели укрепили свою базу так, что к ней не подобраться?

Пришедшая в голову мысль заставила Саймона тут же толкнуть кулаком водителя «Хищника».

— Чего? — удивился тот.

— Саймон говорит: остановиться!

Манера говорить, приказывать именно таким образом, в третьем лице, стала визитной карточкой Саймона. Хотя…можно было так не заморачиваться. Его слава шла далеко впереди.

Еще бы! Разыскиваемый на 8 мирах, два из которых Золотые. Награда за голову Саймона уже достигла двухсот тысяч, так что приходилось поддерживать свой имидж отбитого отморозка — пусть не только враги, но и свои боятся, даже думать не смеют, чтобы сдать его легавым.

Да, собственно, и не думали. Вон, как водила перепугался — тут же сделал, как ему велено.

Саймон был известен своей нетерпеливостью, импульсивностью. Во всяком случае, таковым его считали окружающие.

На деле же Саймон был вовсе не дурак, и даже не отморозок. Однако нравилось ему убивать, грабить, ему даже и не деньги были нужны.

Когда на тебя смотрят испуганными глазами, когда тебя боятся — это чертовски приятно. А ощущение всевластия, знание, что жизнь другого человека всецело в твоих руках, и вовсе пьянит, вот как сейчас.

Ведь водила знал, что если Саймону что-то не понравится, то можно схлопотать пулю. Но он боится Саймона настолько, что не пытается хоть как-то сопротивляться. Ну, приготовься ты отбиваться, или вовсе схватись за пистолет, но нет…боится…

И в принципе, на это есть весомые причины.

Саймон драться любил и умел. Не стань он преступником — мог стать блестящим спортсменом, если и вовсе не всемирным чемпионом. Бойцом он был отменным, да и с оружием обращаться умел — водила по этой причине и не пытается дернуться за оружием, знает ведь, что Саймон его опередит.

— Саймон говорит: стреляем по этим уродам!

И снова-таки мар без колебаний выполнил приказ.

Этот «Хищник» был оборудован не пулеметами, как остальные машины, доставшиеся марам, а полноценным гранатометом. Саймон еще недоумевал, на кой черт, а вот оно как — пригодилось.

Можно хренашить базу старателей, даже не приближаясь к ним.

Остальные машины маров, как и гравициклы, остановились практически сразу, как только стала «головная», где и находился Саймон.

Ну и отлично, что все сами поняли…

Гранатометы в считанные секунды стали в боевое положение и Саймон, взяв управление ими на себя, принялся целиться.

Пух-пух! Снаружи раздались приглушенные хлопки — снаряды выпущены, и полетели к цели.

Спустя несколько секунд внешние микрофоны «Хищника» уловили взрывы.