Если в семье по какой-то причине не осталось способных служить этому миру, поместье пустует, но всё же находится в собственности рода, которому его даровали. Сейчас самый молодой из семьи я, мой отец уже отошёл от дел, — Йен не успел договорить, как его перебила Амина.

— Елена! Йен! Я так соскучилась! — кинулась она нас обнимать, и я искренне улыбнулась, а когда поймала взгляд Йена, заметила его удовольствие от представшей картины.

Наверное, если бы он с видимым удовольствием обнимал мою маму, я бы тоже порадовалась.

— А я узнала, что требуется помощь, и опередила Эмилин. Мои служанки тебя соберут, и мы заодно успеем поболтать.

— Вот как так? У двух соперников я невесту увёл, а тут родная мать её отнимает. Тебе не стыдно? Я тоже хотел провести время с Елью.

— Нисколько, — улыбнулась она, — вот женишься и будешь проводить сколько влезет, а пока извини: в купальню тебе всё равно нельзя.

И она подхватила меня под локоток, чтобы увести на второй этаж.

Мы вошли в огромные покои, обставленные прямо-таки шикарно: огромная кровать с балдахином стояла у дальней стены, и, чтобы пройти к ней, мне нужно было сделать не меньше двадцати шагов. Напротив входа стояли два диванчика и небольшой элегантный столик между ними, на полу расстелены огромные ковры, и помимо входной двери обнаружилось ещё три.

— Это покои супруги. Вон за той дверью комната Йена. Здесь гардеробная, правда она пока что пуста, — Амина заглянула за вторую дверь. — Надо отругать за такую оплошность, — пробормотала она и тут же продолжила. — А здесь купальня. Проходи, это теперь твои владения, — казалось, этим фактом Амина довольна даже больше, чем я.

Мы прошли в огромную ванную комнату с мини-бассейном и занялись процедурами. Амине делали маски на лицо, руки и плечи, пока я отмокала в бассейне. Разговоры текли неспешно и в основном они касались моей работы. Амина хвасталась, что теперь к ней не иссякает поток интересующихся и благодарных — тех, кто хочет попробовать мой массаж, и тех, кто уже сделал.

Я радовалась и думала: что я ещё могу сделать для улучшения моей работы, однако, мысли о предстоящем бале постепенно вытеснили все другие.

Через пару часов я стояла напротив большого зеркала в пустой гардеробной и не могла на себя налюбоваться. Пышное платье подчёркивало осиную талию, а декольте было хоть и не очень глубоким, но весьма интригующим. Макияж подчеркивал глубину цвета моих глаз и делал более изящными черты лица. Казалось бы, ну куда ещё лучше: я и так помолодела на двадцать лет и очень хороша собой, но здешние мастера красоты знают своё дело и в своей работе превосходят все самые смелые ожидания. Амина обещала найти мне таких же умелых и талантливых слуг, или когда возникнет необходимость — делиться своими.